Интересно…зачем она ему? Зачем он привел ее в этот дом? Если это его девка, то можно где-то в другом месте с ней зажигать. Но если привел домой значит не просто девка. Тогда кто?

- А вы телка Шопена?

Острый взгляд светло голубых ледяных глаз и вместе с адреналином мурашки по коже. Он уже полоснул меня мысленно ремнем, а я мысленно потерла задницу и все равно осклабилась. Давая понять, что не боюсь его, хотя это был блеф и я боялась. Но желание задеть оказалось намного сильнее. Овца захлопала серыми глазами и перевела взгляд на Шопена.

- Таня моя невеста.

- А это не одно и тоже? – переспросила я, невинно улыбаясь.

- Нет, это не одно и тоже. Тебе пора заняться музыкой, Лиза! – с нажимом сказал мужчина и посмотрел на меня исподлобья.

- С удовольствием…До свидание, Татьяна. Надеюсь вы любите Моцарта.

***

Когда она уехала, он ворвался ко мне в комнату, щелкая ремнем в обеих руках. Сложив его пополам. Злой, бледный.

- Я предупреждал тебя, что с гостями надо быть вежливой.

- Предупреждал.

С вызовом ответила я и испытала какое-то коварное наслаждение от того, что его разозлила и задела его овцу.

- И что это было?

- А что было?

- Я сказал тебе, что Таня моя невеста, а ты назвала ее телкой!

- Я назвала ее телкой до этого!

Пожала плечами, но он вдруг сгреб меня за шиворот.

- Сегодня мы будем учить новые уроки, маленькая. Наизусть. Новые законы в этом доме.

С дрожью в теле поняла, что состоится разговор с Фредериком, и задница заныла и сжалась. Еще один щелчок ремнем, и я судорожно глотаю слюну.

- Если эти законы новые, то как я могла их знать?

Щелкнул и прищурился, всматриваясь мне в глаза.

- Верно…не могла. Но ты знала, что должна быть вежлива с моими гостями.

- Но она не гость…она твоя тел…невеста.

Поправила себя после того, как он сверкнул глазами.

- Правильно. Невеста.

- Как пафосно звучит. Насколько она младше тебя твоя невеста?

- Считаешь меня старым?

Улыбка скривила уголок губ. НО уже не злая, а скорее насмешливая.

- На кладбище прогулы ставят.

Заржал запрокидывая голову и выпуская ремень из одной руки, а я с облегчением выдохнула. Кажется моей заднице сегодня очень повезет.

- Мне сорок.

- Почти как восемьдесят, - огрызнулась я, а он продолжил смеяться. Потом вдруг резко схватил меня за плечи и сдавил их сильными клешнями.

- Слушай меня, маленькая. Ты относишься к Тане с уважением, ты не грубишь ей, не хамишь, не говоришь гадостей. Услышу – будет очень больно. Пожалеешь! Поняла?

Кивнула, видя его лицо совсем рядом я почему-то оторопела. Мне стало неловко. Как и от прикосновений его пальцев.

- Отвечай. Я хочу слышать – ты поняла?

- Поняла. Твою овцу не трогать!

Ударил со всей силы по губам, и я прижала тыльную сторону ладони ко рту, чувствуя, что нижняя губа разбита. Ненависть обожгла грудину и вспыхнула яростью в глазах.

- Это за овцу! А теперь пошла играть! Да так, чтоб мозоли на пальцах были. Я проверю!

Она звалась Татьяна и она жуть как меня бесила. С ее появлением моя жизнь изменилась. Не то что бы жить стало хуже. Условия все те же. Хромой все такой же гад, но почему-то ее присутствие мне дико мешало, напрягало, бесило. Эта ее холеная рожа, губки бантиком и глаза томные. Что он в ней нашел? Она же неинтересная. Она по сравнению с ним моль блеклая. Я, конечно, помнила, что ее типа надо уважать и относиться хорошо, но именно это условие, поставленное Шопеном, раздражало еще больше. Какого хрена? Кто она мне такая? В отличии от него она меня не кормит, не одевает, не воспитывает. Просто действует на нервы.

- Она здесь надолго? – как-то спросила я у Шопена, после урока музыки. Он обычно в хорошем настроении, потому что дико доволен, когда я играю. У меня хорошо получается, я знаю. У меня вообще много чего хорошо получается. И я стараюсь. Мне почему-то нравится, когда он вот так стоит у двери и слушает, чуть прикрыв свои светлые голубые глаза. Я привыкла к его лицу, и оно больше не кажется мне страшным. Наоборот, теперь я готова признать, что он немного симпатичный. Особенно красивые его глаза. Когда он, конечно, не смотрит на меня как на насекомое или тупую идиотку.

- Она здесь надолго.

Ответил и прищурился, всем своим видом предостерегая. Когда разговор касался это крали у него всегда становился настороженный вид. Он прекрасно знал, что от меня ожидать. Он вообще за это время успел меня выучить и это даже пугало и настораживало.

- Зачем? – нагло спросила я.

- С каких пор я должен перед тобой отчитываться? Ты кто такая?

Этот вопрос мне был тоже интересен. Но на него никогда не было ответа. Ответ знал тот, кто спросил. Иногда мне казалось, что и он не знает. Просто завел себе кого-то типа собачки.