Гул двигателей становился оглушительным, и я видела, как вертолёт медленно снижается, направляясь к нам. Ветер бил в лицо, поднимая пыль и песок.

Я увидела, как один из спасателей показал что-то своим товарищам, и они начали спускать тросы. Моё сердце забилось ещё быстрее. Это был тот самый момент, которого я ждала. Надежда и страх боролись во мне, заполняя каждую клеточку моего тела.

Я посмотрела на Марата. Его лицо было сосредоточенным, глаза не отрывались от спасателей. Но в этот момент, в его взгляде мелькнуло облегчение. Это было такое редкое выражение на его лице, что я невольно почувствовала, как внутри меня разливается тёплое чувство. Он тоже надеялся, что наши страдания могут наконец закончиться.

Спасатели спустили тросы, и один из них, крепкий мужчина с серьёзным лицом, подал нам знак, что мы можем начинать подниматься. Марат схватил первый трос и закрепил его на себе, потом протянул руку ко мне.

— Давай, держись, — сказал он, его голос был твёрдым, но я услышала в нём нотку заботы. Я взяла второй трос и начала подниматься.

Когда меня начали поднимать, я чувствовала, как ветер обдувает моё лицо и волосы. Земля подо мной становилась всё меньше, и я закрыла глаза, стараясь не думать о том, что мы можем упасть. Сердце колотилось в груди, и я старалась сосредоточиться на спасении. На том, что нас нашли.

Когда мы, наконец, оказались внутри вертолёта, я почувствовала, как тяжесть последних дней немного спадает с моих плеч. Облегчение, смешанное с усталостью, заполнило меня. Я уселась на скамейку, чувствуя, как моё тело начинает расслабляться. Спасатели закрепили ремни безопасности, и я почувствовала себя чуть лучше.

Я повернула голову и посмотрела на Марата. Его лицо было напряжено, как всегда, но в его глазах я видела все ту же решимость. Он сидел прямо, внимательно осматриваясь, как будто готов был к любому новому испытанию. Его взгляд на мгновение встретился с моим, и я поняла, что он сделает всё возможное, чтобы мы оказались в безопасности. В этом взгляде была скрытая сила и обещание защиты, несмотря на все наши трудности и недоразумения. Но я искала другого…каких-то изменений после нашей ночи. После того как мы занимались любовью…Да, этой ночью Марат не трахал меня как животное. Он ласкал и любил мое тело.

Спасатели занялись своей работой, проверяя оборудование и общаясь по рации. Вертолёт начал набирать высоту, и я смотрела в окно, наблюдая, как остров становится всё меньше. Он казался таким крошечным и незначительным с этой высоты.

Мои мысли снова вернулись к ночи, когда Марат проявил неожиданную нежность, когда спасал меня рискуя своей жизнью, когда изо всех сил поддерживал меня. Я всё ещё не могла до конца понять, как человек, столь грубый и жестокий, мог быть таким нежным и заботливым. Это было похоже на сон, из которого я не хотела просыпаться. Вспоминать те моменты было и больно, и приятно. Они давали мне надежду, что внутри Марата есть что-то большее, чем его грубость и агрессия. Что-то большее ко мне…

Возможно, я обманывала сама себя, цепляясь за эти редкие мгновения заботы, но это давало мне силы продолжать.

Это началом моего пути к пониманию истинной природы Марата.

Да, Марат был взрывным и импульсивным. Его грубость не знала границ, но иногда, в самые неожиданные моменты, я видела в его глазах проблеск чего-то человеческого. Это была тонкая нить, за которую я держалась, несмотря на всю боль и страдания, которые он мне причинял. Возможно, это была иллюзия, но эта иллюзия давала мне надежду.

Я смотрела на него сейчас, не могла отвести взгляд. Меня привлекало его мужественное, красивое лицо. Грубоватое, с резкими чертами, но такое яркое, неординарное. Я знала, что рядом с ним я могу не бояться. Он был готов к любым испытаниям, которые могли нас ждать. Я знала, что он не остановится ни перед чем, чтобы защитить нас. В его взгляде всегда была решимость, которая внушала мне уверенность.

Вертолёт продолжал набирать высоту, и я чувствовала, как моё сердце бьётся ровнее. Мы были в безопасности, по крайней мере, на этот момент. Я, как всегда, оказалась наивной дурой. Но тогда я еще не могла понять почему Марат не расслаблен, а напряжен. В его глазах нет облегчения.

Мои мысли вернулись к тому, что нас ждёт впереди. Мы всё ещё не знали, кто эти люди, которые встретили нас, и что они хотят. Но я знала одно — вместе с Маратом мы сможем справиться с любыми трудностями. Он был моим монстром, моим защитником, и, моим спасителем.

Взгляд Марата снова встретился с моим, и в его глазах я увидела ту же решимость, что и прежде.