Таннер все еще держал меня за руку под столом. Я потянулась за водой, чтобы освободить ее. Трясущейся рукой я подняла стакан, и стекло зазвенело, ударившись о мои зубы.

Внезапно меня охватила паника, так сильно сжалось что-то в груди, и было трудно дышать, что я выронила стакан. Сжав горло руками, смотрела, как стакан отскакивает от деревянной поверхности стола и разлетается на полу на миллион маленьких острых осколков, а вода затекает в каждую трещинку пола.

Сенатор хотел нашей с Таннером свадьбы только для того, чтобы помочь его кампании и карьере. Таннеру было это нужно, потому что он хотел начать оттуда, где мы закончили до потери мною памяти.

А чего хотела я?

Я хотела Сэмми. Хотела Кинга. Также хотела Таннера в своей жизни, но не была уверена в качестве кого хочу его видеть.

Но ничего из этого не имело значения. Потому что если я выйду замуж за Таннера, даже формально, то не было сомнений в том, что он не доживет до нашей первой годовщины.

С Кингом у меня была сила, воля и решительность. Мне нравилось то, кем я была с ним.

Но в доме, где я выросла, окруженная людьми, которых знала всю свою жизнь, не было понимания того, кто я.

Возможно из-за разговоров о свадьбе. Или из-за постоянного ощущения одиночества даже в окружении людей. Но, мать вашу, я начала теряться.

Четыре недели, и ни единого слова. Ни знака. Никаких действий от Кинга. Я расхаживала по напольному ковру в своей комнате, стирая его до дыр, пока одна безрассудная идея не пришла мне в голову.

Кинг сказал, что для нас опасно контактировать. Но если бы мне удалось передать ему пару слов через членов МК Медведя, тогда это не связало бы меня напрямую с Кингом в глазах любого наблюдавшего за мной человека.

Я помчалась вниз по лестнице сразу же после того, как эта идея появилась в моей голове. Схватила ключи с вешалки у двери и побежала в гараж, запрыгнула в большой бежевый Лексус, который пах цветочными духами.

Этот аромат был мне знаком.

Запах, который вызывал чувство ненависти.

Я вставила ключ в зажигание и повернула. Затем замерла.

Бл*дь, я не знаю, как водить машину!

Врезала кулаком по рулю, а затем от разочарования опустилась на него лбом. Почти потеряв надежду, подняла голову от руля и увидела кое-что у стены гаража. В ту же секунду я знала, что мне удастся уехать.

Когда я остановилась возле клубного дома «Пляжных Ублюдков», то задыхалась от тревоги, но не потеряла ни капли уверенности.

Спрыгнула с мопеда и позволила ему упасть в грязь. Подбежала к воротам, где у калитки на входе сидел тощий мальчуган. На его жилете огромными буквами было написано «Проспект». Нашивки с именем не было.

— Что-то потеряла? — спросил он.

Я уперлась руками в колени, а потом подняла палец вверх, переводя дыхание.

— Нужно поговорить с Медведем, если он здесь, — пропыхтела я, — а если нет, то мне необходимо пообщаться с тем, через кого можно передать сообщение ему или Кингу.

— О, а я тебя помню. С вечеринки, которая была перед всем этим произошедшим дерьмом. Рад, что на тебе нет дыр от пуль, — он спрыгнул со своего табурета. — Жди здесь. — Парень открыл калитку и исчез за ней.

Мне показалось, что его не было целую вечность. Хоть солнце и село, влажность окутала меня подвешенным в воздухе влажным облаком, поэтому все мое тело покрылось потом. Я выглядела так, словно мчалась сквозь грозу, но на небе не было ни облачка.

В ожидании я присела на брошенный проспектом табурет и начала пинать камешки, лежавшие под ногами. Когда он появился, на его лице застыло извиняющееся выражение. Мужчина с седой бородой — взрослая версия Медведя, только короче ростом и круглее — следовал за парнем к воротам. Нашивка на его жилете гласила «Президент». Он поднес зажигалку к сигарете и затянулся, а после убрал ее в карман своей рубашки. Его лицо покрывали линии глубоких возрастных морщин, но веснушки под глазами невозможно было спутать ни с чем. Такие же были и у Медведя.

— Хорошо. Вы, наверное, отец Медведя. Мне нужно поговорить с ним… — я колебалась, не зная имени его отца.

— Чоп, — мужчина заполнил пробел, указав на имя на нашивке. — Ты та, кого заклеймил Кинг?

— Заклеймил? — я замерла и вспомнила, что Медведь использовал подобный термин на пристани несколько месяцев назад. — Эм, думаю, да.

— Это из-за тебя в моем доме был открыт огонь, — сказал Чоп и языком сдвинул торчавшую из его рта зубочистку. — У нас и без твоего дерьма хватает проблем.

— Нет, это был Айзек. Он загнал нас в угол, попытавшись... — я покачала головой. — Пожалуйста, мне всего лишь нужно поговорить с Медведем, только минуту…

— Здесь его нет, — Чоп пожал плечами.

Мои плечи поникли от разочарования.

— Тогда могли бы Вы передать мое сообщение ему или Кингу? — с надеждой спросила я.