— Может, это не… — начала я.

— Оденься удобно. Встретимся на твоем крыльце через двадцать минут! — сказал он, повернулся и убежал. Привязанность Таннера не несла угрозу. По факту, мне немного понравилось чувствовать его руку на своей. Он мне нравился, и было приятно знать, что пока я отсутствовала и переживала, что никто меня не искал, и всем было плевать, Таннер был здесь один и скучал.

С нашим сыном.

Вся одежда в гардеробной Доу, моем шкафу, была светлого цвета. За секционной двойной дверью я нашла море белого, желтого и розового. В основном это были пляжные платья, юбочные костюмы в стиле Джеки Кеннеди и блузки на пуговицах до самой шеи. Все выглядело не настолько ужасно. Наоборот, даже казалось прекрасным. Немного консервативным, но отличным. Однако я хотела одежду, которая осталась у Кинга. Черные майки, приталенные джинсы и вьетнамки.

Все выбрал и купил для меня Преппи.

Это было еще одной причиной, по которой я так сильно ее любила.

Пальцами пробежалась по совершенно другой ткани, и мне стало интересно, как за несколько месяцев мой вкус мог так кардинально измениться. Возможно, мне всегда нравилась моя удобная одежда, но я просто ничего о ней не помнила.

Наверное, я потеряла память, но разбудила в себе смелость.

Немного порывшись в шкафу, нашла себе пару удобных вещей, приняла быстрый душ и надела пару черных конверсов, черную футболку с V-образным вырезом и обрезанные джинсовые шорты. С Таннером мы встретились на крыльце дома, как и договорились. Он подъехал на новенькой модели черного блестящего грузовичка с хромированными деталями. Что бы ни сделали с машиной, она казалась выше, чем остальные внедорожники, и это натолкнуло меня на мысль о другом черном грузовике фермерского типа из шестидесятых или семидесятых годов, и о мужчине, который так красиво смотрелся за его рулем.

— Мамочка! — прокричал Сэмми с заднего сидения, вернув меня обратно в настоящее, и мое сердце ухнуло вниз.

— Давай создадим воспоминания! — сказал Таннер, обошел грузовик и открыл для меня дверь.

Все полчаса нашей поездки Сэмми болтал без умолку. Меня поразила выдержка Таннера, особенно когда сын издал высокий визг, который можно было бы описать как крик птеродактиля, а он лишь засмеялся и пожал плечами.

— Сэмми делает так, когда расстроен, — Таннер поджал губы. — И когда счастлив, и когда грустит, и когда… он постоянно так делает, — прозвучало признание. Мы свернули к выезду с указателем Резервация индейцев. Проехали под знаком из согнутых веток с названием места «Веселый парк аллигаторов». Когда Таннер вытащил Сэмми из машины, он завизжал от восторга и побежал через ворота в ту же минуту, как только его маленькие ножки коснулись земли.

Мы водили Сэмми вдоль всех вольеров. Таннер поведал мне о том, что мы делали это и раньше. Рассказал мои истории. О фламинго и черепахах. Говорил обо всем, что могло бы связать мое прошлое и настоящее, вызвать воспоминания. Большую часть времени я просто улыбалась, кивала и наблюдала за наматывающим вокруг нас круги энергичным малышом, который был моим сыном.

На ланч мы купили хот-доги в тележке и сели с ними на маленькой арене перед площадкой, где кормили аллигаторов.

Сэмми залез мне на колени.

— Мамочка, смотри! — выкрикнул он и показал на мужчину в шортах цвета хаки и такой же рубашке с длинными рукавами и воротником, вошедшего через выстроенную вокруг маленького темного водоема ограду. — Где аллигаторы? — спросил Сэмми и засунул в рот кулачок, тем самым размазав горчицу из хот-дога по носу. Таннер потянулся и вытер его лицо салфеткой.

— Следи за водоемом, малыш, — сказал Таннер, показав на воду. Тренер привязал кусок мяса к веревке на длинной палке, и примерно двадцать зрителей затихли. Он помахал палкой над водой так, что веревка с мясом начала качаться в воздухе. Менее чем через секунду, несколько аллигаторов появилось на поверхности воды, они плескались и барахтались в попытках залезть друг на друга и добраться до мяса. Удалось это самой крупной рептилии, которая сжала свои челюсти на куске мяса, оторвала веревку и исчезла под водой так же быстро, как и появилась. Таннер и Сэмми хлопали в ладоши и радовались вместе с остальными зрителями, но у меня от этого шоу по коже побежали мурашки. Тренер провоцировал зверей, которых держал в плену.

Это ощущалось чем-то неправильным.

В мире и так было полно проблем. Зачем искать их, размахивая приманкой перед голодной тварью с острыми зубами?

Таннер толкнул меня локтем.

— Кормежка никогда не была твоей любимой частью.

Или это не изменилось, или Рэй была отличной лгуньей.