Я раскачивался вперед-назад, приложив руку к груди.

— Она ушла, — прохрипел, глядя на своих лучших друзей. — И я не могу дышать. Я здесь, в темноте, а она ушла. Я не могу вынести это.

— Что, бл*дь, происходит? — услышал я от кого-то.

— Он заявил права на Мэддс, — сказал АК, не отрывая от меня взгляда, затем вытянул руку, почти касаясь меня. — Они наконец вместе, а теперь она пропала. Как видите, он не очень хорошо принимает это.

— Чтоб меня. Флейм и Мэддс? — кто-то удивился. Я поднял голову и увидел, что приближаются Стикс и Кай.

— Она моя, — сказал я, и Кай кивнул.

— Мы знаем, брат, — прохрипел в ответ.

— Нам нужно вернуть их. Мне нужно вернуть ее. Я не могу жить без нее.

Стикс отвернулся, схватившись за голову, и Кай прохрипел:

— Я понимаю. Я, бл*дь, чувствую то же самое. Мы все чувствуем то же самое. — Но он не мог. Они не могли. Потому что у него не было пламени. Не было моего пламени, которое могла утихомирить только Мэдди.

Воцарилась тишина, пока Таннер не ворвался в комнату.

— Что? — крикнул Кай.

— Я нашел их. GPS больше не подает сигнала, но последний раз они были замечены в часе езды на север. Я проверил карту — это какой-то вымерший город. Сигнал идет с мельницы.

— Дерьмо. Это место, где у нас были дела с русскими, — сказал Кай Стиксу, когда взглянул на карту, которую показал Таннер.

Через секунду я стоял на ногах.

— Подожди! — закричал Тэнк, и я оглянулся, раскачиваясь на пятках. — Это может быть ловушкой, Флейм.

— Как будто меня, бл*дь, это заботит, — выплюнул я. — Я заберу Мэдди. И я получу ответы от сраных похитителей. Я хочу их крови. Хочу, чтобы они умерли от моих рук.

***

Я никогда не гнал байк так быстро. Мой Харлей мчался по дороге как гребаный демон.

Я слышал, как братья поднимали пыль позади меня, но мне было плевать. Меня не заботили порядки клуба, и что Стикс должен был быть первым. Я мог думать только о Мэдди. Задавался вопросом, больно ли ей. Была ли она все еще там. Не убили ли они ее.

Руки дрожали на руле, когда я развивал скорость байка, но я был близко — главная дорога начинала переходить к заброшенному городу. Городу, где ждала меня Мэдди.

По бокам начались заброшенные пустые дома, магазины, церкви. Мельница была дальше.

Мое сердце застучало быстрее, когда я приблизился. Я замедлился, осматривая окрестность в поисках Мэдди.

И я позволил пламени взять надо мной верх.

Позволил желанию убивать взять надо мной верх.

Выруливая на грязную дорогу, ведущую к мельнице, я заглушил двигатель и спрыгнул с байка. Еще больше байков остановились позади меня, но я шел вперед. Мужчины, одетые в черное и в лыжных масках, двинулись вперед, но я не остановился, чтобы услышать, что ублюдки мне кричали.

В полуметре от них, я достал ножи и обхватил их обеими руками. Прыгнув вперед, я порезал горло одному из ублюдков и заколол другого в грудь.

Тот, кому перерезал горло, рухнул назад на землю. Через секунду я запрыгнул ему на грудь. Я стянул его маску, чтобы увидеть лицо ублюдка. Когда его мертвый взгляд встретился с моим, я занес руку с ножом и проколол его висок.

Вытащив нож из трупа, я перешел к другой мразе — он уже был одной ногой с Лодочником.

Вырвав нож из его груди, я взял в каждую руку по рукоятке и начал прокалывать его грудь один, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, десять, одиннадцать...

Я задыхался, не видя ничего перед собой, кроме груди ублюдка, когда движение привлекло мое внимание.

Стикс и Кай в мельнице. Они, бл*дь, обнимают своих сучек. Подскочив на ноги, я вытер ножи о траву и заправил их снова за ремень, затем закричал:

— Мэдди!

Я побежал к мельнице, когда маленькая фигура рванула в моем направлении. Мэдди.. и она бежала ко мне.

— Флэйм! — услышал ее крик. Мое сердце забилось быстрее из-за того, какой грустный и сломленный был ее голос. Она подняла подол платья и бежала по траве, а секунду спустя, я смог разглядеть ее лицо.

Она была бледной. Глаза были красными. Но она не выгадала так, будто ей больно. Бл*дь, спасибо. Ей было не больно. Мой пульс учащался с ее приближением. И когда нас разделяло около метра, я замер. Как и Мэдди.

Слезы текли по ее щекам, но я мог дышать. Мы стояли в высокой траве, просто смотря друг на друга. Мои руки были сжаты в кулаки по бокам, я зажмурился и заставил себя сделать шаг вперед.

Затем, когда оказался прямо перед Мэдди, вытянул руку и взял ее ладонь в свою. Ахнув из-за неожиданного контакта кожа к коже, Мэдди сжала свою руку. Когда я посмотрел на ее лицо, в моем горле встал ком. Она была такой красивой. А на лице было выражение, которое я заметил, когда обнимал ее. И целовал.