— Черный-любовник. com, — сказал Вик позади меня. — Может, слышали о нас. Белые, которые просто обожают трахать черных. Киска, член, да все, что угодно. Мы по уши в этом шоколадном дерьме.

Гиммлер фыркнул на неубедительную шутку Вика, но это дало мне долю секунды, необходимую для атаки. Я ударил рукой по дулу пистолета Гиммлера, сбив прицел с головы. Опустился и положил Фиби на землю, пока Вик, Флейм и Ковбой набрасывались на других придурков. Выстрелы звучали, как гром среди пустого города-призрака.

Я оттолкнул Гиммлера, и мы упали на землю. Ублюдок боролся со мной за пистолет. Но я ухватился за него и врезался лбом в его лоб. Гиммлер закричал. Я услышал гортанный звук, как будто кто-то захлебывается кровью. Посмотрел в сторону и увидел, что Флейм сидит на одном из мужчин, его грудь залита кровью, ножи вонзаются в плоть клановца.

Удар пришелся мне в рот, из губы потекла кровь, и я вышел из себя. Я обрушил кулак на лицо Гиммлера. Вырвав пистолет из его руки, одним резким движением повернул ствол и прижал к его горлу. Ублюдок встретил мой взгляд, и я улыбнулся. Я улыбнулся, когда послал пулю через его череп, разбрызгивая мозги по этой гребаной грязной земле.

Я выстрелил снова, на этот раз в подбородок, и увидел, как у мудака отлетела челюсть. Я подумал о Фиби и других шлюхах в этом месте и выстрелил снова, и снова, теряясь в море крови, пока кто-то не оттащил меня назад, и я не упал на землю. Я нацелил пистолет на того, кто это был, и увидел, как Ковбой отпрянул, подняв руки вверх.

— Ты убил его. И мы должны, бл*дь, уходить. Сейчас же. Эти выстрелы заставят остальных ублюдков вернуться за несколько секунд.

Встряхнув головой и вернувшись в реальность, я бросил пистолет на землю и кинулся за Фиби. Ее обнаженное тело было забрызгано кровью. Я поднял ее и посмотрел на своих братьев. Лицо Флейма было залито кровью, а его черные глаза были безумными.

— Двигайся, сейчас же, — приказал я.

Мы оставили изрезанных ублюдков на земле и скрылись за деревьями.

Я не стал ждать братьев, зная, что они последуют за мной, и направился к тропинке, ведущей к дороге. Ветки и сучья били меня по лицу, пока мы бежали.

Через десять минут мы добрались до фургона, который оставил для нас Хаш. Вик и Флейм запрыгнули в кабину и завели двигатель. Я забрался на заднее сиденье, как и Ковбой.

— Где он, бл*дь? — спросил Ковбой в панике, его глаза сканировали заброшенную проселочную дорогу.

— Скорее, о чем он, бл*дь, думал? — огрызнулся я, вспоминая о том, как Хаш взял на себя всех этих ублюдков.

Засранец.

Ковбой сжал кулак и ударил им в стену фургона. Фиби вздрогнула в моих руках. По крайней мере, она не настолько была под кайфом, чтобы ни на что не реагировать. Может, с ней все будет в порядке. По крайней мере, физически.

Я схватил одеяло, которое лежало на заднем сиденье фургона, и обернул его вокруг ее обнаженного тела. Фиби снова застонала, ее глаза закатились, но она все еще не проснулась. Черт знает, на каком коктейле Мейстер держал ее.

— Там! — крикнул голос Вика из кабины.

Я выглянул из открытых дверей и увидел Хаша, бегущего к нам. Этому ублюдку повезло, что он был быстрым. Он подал сигнал, чтобы мы начали движение. Ковбой высунулся из задней двери и вцепился в руку Хаша, втягивая его внутрь. Они захлопнули двери, и мы рванули с места. Я держал пистолет в руке, на всякий случай.

— Что это, бл*дь, было? — огрызнулся Ковбой.

Он нависал над Хашем чертовски злой.

— Что? — Хаш огрызнулся в ответ, выражение его лица потемнело.

— Насмешка над массивным межрасовым членом, придурок. Ты должен был привести в действие взрывчатку, а не предлагать себя для гребаного линчевания, — прошипел я.

Хаш проигнорировал меня и впился взглядом в лицо Ковбоя.

— Ты думаешь, после всего, что эти ублюдки из Клана сделали со мной, с моей семьей, я собирался просто отвлечь их взрывчаткой? Да пошло это дерьмо. Я хотел, чтобы эти ублюдки увидели мою нечистую задницу. Я хотел, чтобы они кипели от злости.

— Ну, работа сделана, ублюдок, — Ковбой сполз вниз и сел на противоположную сторону фургона. — Ты хотел, чтобы они кипели? Подожди, когда Мейстер вернется и увидит, что у его заместителя нет лица и черепа.

Никто не проронил ни слова, пока Викинг, как молния, вез нас обратно в лагерь. Пока Хаш не покачал головой и не сказал:

— Черт. Это Фиби? Сестра Ли?

— То, что от нее осталось, — я указал на Ковбоя. — Свяжись с говнюком Пророком по сотовому. Он должен быть в моем доме к нашему приезду. И скажи этому ублюдку, что это не гребаная просьба.

Ковбой сделал, как я просил.