Как и сказала Тина, он был здесь телом, но не разумом. Моя рука дрожала, когда я взял его за пальцы. Девин даже не вздрогнул. Он просто продолжал смотреть, как будто вообще меня не видел.

Я почувствовал, что мои губы дрожат, а зрение затуманилось от слез.

— Дев, это я — Ксав. Я только сегодня вернулся с задания.

Дев вздохнул, но ничего не сказал. Я уставился на пластиковый резервуар, висевший на стойке, гадая, что за дерьмо они вкачивают ему в вены. Потом я увидел внутреннюю сторону его рук и отметины, которые там были. Метка за меткой показывали, куда он вводил себе наркотик.

— Дев, твою мать.

Я плюхнулся на кровать, проводя пальцем по его руке.

Я добрался до них, Дев, — тихо сказал я. — Убил их. Они мертвы. Я чертовски уверен в этом.

Я посмотрел на своего брата, моего гребаного героя, но его глаза были такими же безжизненными, как и с тех пор, как я вошел в палату. Поэтому я сидел молча, пока не вошла медсестра и не сказала, что мое время вышло. Я поцеловал Дева в макушку и встал. Как только собрался выйти, другой пациент издал какой-то звук. Я оглянулся и увидел парня, примерно моего возраста, может быть, моложе. Он был привязан к кровати за руки и ноги, как и Дев. Я обнаружил, что подхожу ближе, читая его карточку с именем.

Джосайя Кейд.

Его глаза были широко распахнуты и настолько черны, что казались ненастоящими. Ему тоже капали какой-то препарат, усмирявший его. Но он все еще боролся с ремнями, пока я стоял рядом с ним.

— Какого черта тебя сюда занесло? — спросил я, и парень перестал дергаться.

Когда он успокоился, я увидел, что у него на руках были порезы. Чертова тонна порезов. Но его глаза были прикованы ко мне. Как будто он пытался что-то сказать своим черным взглядом.

И я не мог этого вынести.

Ничего из этого дерьма.

Развернувшись на пятках, я покинул больницу и направился к ближайшему бару. Байкерскому бару.

Неделю спустя я стал новым кандидатом на вступление в клуб Палачей Аида. А потом все стало ещё хуже…

— Тебе не обязательно продолжать.

Фиби поцеловала меня в лоб.

— Стало еще хуже, — сказал я и позволил Фиби крепче обнять меня. — Я облажался, и вот тогда все пошло совершенно не так, как надо.

— AК.

— Нет! Я… Я хочу рассказать тебе.

Я посмотрел в голубые глаза Фиби и понял, что время пришло. Я больше не мог держать это в себе…

— У нас есть твоя хижина, да? — спросил Вик, когда мы пробрались на территорию и оказались под окном.

— Тина уехала на побережье с сестрой и Зейном. Ее не будет всю неделю. Она никогда не узнает, что он там.

Вик кивнул и протянул руки, чтобы я забрался на них.

— Тогда давай быстрее, засранец. Давай вытащим твоего брата.

Я влез в окно палаты брата и услышал, как Викинг следует за мной.

— Черт, так это он? — спросил Вик, когда я подошел к кровати, на которой лежал Дев.

Глаза Дева были такими же, как и каждый гребаный раз, когда я приходил к нему. Месяцы и месяцы в этом аду, и не было достигнуто ни малейшего прогресса.

Я вытащил капельницу из руки Дева и откинул одеяло с его тела. Я наклонился и подхватил его на руки. Он ни хрена не весил.

— Пошли.

Я подошел к окну.

Уже собираясь уходить, я услышал шум, исходящий от Джосайи, лежащего на кровати напротив. Когда я оглянулся, он смотрел на нас потерянными черными глазами. За все месяцы, что я навещал Дева, я не видел, чтобы к нему пришел хоть один человек. Ублюдок был совсем один.

— Вик, — сказал я, повинуясь импульсу. — Возьми Дева.

— Что?

— Сделай это, — приказал я.

Вик взял Дева и вылез в окно, а я пересек комнату и освободил Джосайю от пут. Я вылез в окно, оставив его открытым, чтобы парень мог убежать. Мы побежали через территорию к спрятанному грузовику. Под покровом темноты мы довезли его до хижины и разместили в комнате. Он был без сознания, слишком одурманенный наркотиками, чтобы общаться. Я сел рядом с ним, держа его за руку. Но чем дольше я смотрел на Дева, тем больше думал о пареньке Джосайе, которого мы оставили позади.

— Думаешь, он нормально выбрался? — спросил я Вика, сидевшего рядом со мной.

— Кто?