Я долго смотрю на экран, обдумывая ее слова. Разные люди и хотели разного. Зачем она лжет? Зачем ей вообще эти отношения с мужчиной из Интернета? И я заранее знаю ответ: ей одиноко. Порой внимание Сета ослабевает, кажется несуществующим, и внимание незнакомца может компенсировать потребность быть увиденной… И услышанной. Но как бы там ни было, она действительно изменяет. А Сет даже не подозревает. Я захлопываю крышку макбука и подхожу к окну. Возможно, стоит выйти на улицу – жизнь в высотном доме иногда провоцирует клаустрофобию. Можно целыми днями не выходить на улицу, спускаясь в спортзал на первом этаже и покупая напитки в автомате, и смотреть на мир сверху, не отваживаясь стать его частью. Я поймала себя на том, что все чаще предпочитаю оставаться дома, если не нужно на работу. А уж под дождь и вообще не выбираюсь под дождь без особых причин. Раньше, в прошлой жизни, ничто не могло удержать меня в четырех стенах. Если я так изменилась за последние несколько лет, возможно, Реджина тоже. Может, она поняла, что больше не хочет быть вместе с Сетом и это ее способ покинуть сцену? Тогда ее сообщения Уиллу – хороший признак. Во всяком случае для меня. Если я расскажу Сету, что о ней знаю, придется слишком многое объяснять. Я принимаю решение ничего ему не рассказывать. Посмотрим, что еще она напишет Уиллу. Минут десять я пролистываю каналы и наконец останавливаюсь на какой-то передаче о виртуальных отношениях. Там знакомят людей, которые до этого общались только через Интернет, и нередко оказывается, что кого-то из них крупно обманывали. Я вздрагиваю, вспомнив об «Уилле» и фотографиях двоюродного брата, загруженных на сайт. То, что люди показывают в Интернете, редко соответствует реальности. Если я хочу действительно познакомиться с Реджиной Келе, надо увидеть ее в реальной жизни, как Ханну.

Звоню в фирму «Маркель & Абель» и прошу записать меня на встречу с Реджиной Келе. Меня просят подождать, и тут мне становится не по себе. Спрашиваю себя, что же я делаю. Это на меня не похоже; долгие годы я сносила все тихо… Покорно. Но сейчас уже слишком поздно: я открыла слишком много дверей, и жажда знаний побеждает здравый смысл. Трубку берет секретарь Реджины. Он сообщает мне, что ближайшая доступная запись – через три недели. Я чувствую прилив разочарования. Три недели кажутся бесконечностью.

– Вы уверены, что поскорее ничего нет?

– Боюсь, ничего. У Мисс Келе полная запись. Я могу внести вас в лист ожидания, но, честно говоря, отмены случаются крайне редко.

У секретаря гнусавый, сухой голос – именно такой я всегда представляла у Гермионы Грейнджер.

– Ну хорошо, – вздыхаю я. – Похоже, выбора нет.

– Чтобы вас записать, мне нужно внести некоторую базовую информацию, – сообщает она. Я слышу стук клавиш, и она начинает задавать мне вопросы.

Говорю ей, что меня зовут Лорен Брайан и я из Орегона. Когда она спрашивает о причинах визита, сообщаю, что это касается развода, и ее голос вдруг резко меняется, становится добрее. Настолько, что я начинаю подозревать – ей самой пришлось пережить развод. При мысли о разводе с Сетом мне становится нехорошо. Я не хочу с ним разводиться – я хочу его себе. Но сперва надо разведать природу их отношений с Реджиной. Мне задают множество вопросов – есть ли дети, подписывали ли мы контракт, как давно мы женаты?

– Не беспокойтесь, – говорит она, прежде чем повесить трубку. – Мисс Келе – одна из самых компетентных специалистов в Орегоне.

Компетентная Реджина. Интересно, может кто-нибудь назвать меня самой компетентной медсестрой в Сиэтле? Уж точно не Ло.

Закончив разговор, я иду к бару и делаю себе коктейль из водки и содовой. Слышу треск кубиков льда и вдруг осознаю, насколько мне одиноко. Одиноко и грустно. И это неправильно; я молода и энергична, и настали мои лучшие годы. Так надо, – твержу я себе, прогоняя чувство вины. – Ты должна со всем разобраться.

14

Все утро я думаю о Ханне. Мысли о том, где она и что делает, становятся навязчивой идеей. Я плохо сплю. Даже после прописанного мне снотворного просыпаюсь посреди ночи, насквозь мокрая от пота. Я уже забыла, что значит мое личное счастье. Что я за человек. Этот наплыв эмоций вызвало последнее письмо Реджины Уиллу, в котором она спросила, что делает его по-настоящему счастливым. «Уилл» в моем лице ответил, что семья, работа. Но, применив этот вопрос к себе, я не смогла придумать хороший ответ. Я знаю, как бы ответил на этот вопрос Сет, и знаю, что счастлива, когда счастлив он. Но разве это не подтверждает, что я совершенно утратила себя, растворившись в нем? Стала той самой женщиной, которая живет лишь чужим счастьем. И меня расстраивает, что я совершенно себя забыла. Когда мы с Сетом познакомились в том кафе, я находилась в поисках и у меня совершенно не было опыта. Иногда я думаю – он это каким-то образом понял и потому выбрал меня. Как легко убедить молодую влюбленную девушку, что она эмоционально способна на невозможное! А многоженство – определенно невозможно для сердца и разума. Но я упорная. Мы с Сетом сошли с дистанции, и то, как он меня недавно толкнул, хорошее тому подтверждение. Но мы еще можем вернуться друг к другу – нужно просто убрать Реджину.