Я нахмурился в ответ на это. Его семья была ворами, но у них было правило, запрещающее кому-либо воровать у них? Серьезно? И похоже, это было очень важное правило, потому что Леон был зол, как никогда раньше. На самом деле, я не был уверен, что вообще когда-либо видел его злым. Но теперь, когда это произошло, я понял, что позволил его спокойному фасаду ослепить меня, не замечая зверя, который скрывался под его плотью. Он был Немейским Львом, Королем джунглей, одним из самых свирепых Орденов на свете. Забыть об этом было граничащим с безумием. Не говоря уже о том, что однажды я тоже украл у него. Чувство вины, которое я испытывал за это, все еще терзало меня, но я ничего не мог с этим поделать. У меня были твёрдые намерения вернуть кристалл из ломбарда, как только я выбью из Габриэля Нокса всё, чего он стоил, но пока это не произошло, я должен был сосредоточиться на том, чтобы платить Старушке Сэл каждый месяц и защищать Эллу. Деньги, которые я зарабатывал у Данте и Райдера, покрывали платежи, но они не были надежными. В одни недели у них было несколько заданий, в другие — вообще ничего. И я не мог просрочить даже один платеж. Я был уверен, что как только я это сделаю, она будет верна своему слову и сразу же выведет Эллу на сцену.

— Что они украли? — спросил я.

— Сердце Мемории. Оно было в моей семье на протяжении трех поколений. А какой-то ублюдок украл его и заложил. Кто, черт возьми, в Алестрии настолько глуп, чтобы заложить что-то, принадлежащее Найту? Они даже не отвезли его в другой город чтобы продать! Мы навестим того засранца, который его купил и все исправим.

— Хорошо… — все еще не зная, что нам было нужно, но Леон, казалось, потерял терпение от этой ходьбы.

Он начал бежать и я помчался за ним, недоумевая, какого черта я вообще иду, но чувствуя, что должен. Его поведение было настолько не в духе, что я даже не знал, как к этому относиться и я должен был убедиться, что с ним все в порядке. Несмотря на то, что я подставил его, когда мы впервые встретились, Леон Найт был одним из моих лучших друзей в этом месте и если есть шанс, что ему понадобится моя помощь, я буду рядом с ним.

Мы пробежали через кампус и направились прямо к парковке, которая находилась слева от Альтаир Холл. Леон вел нас к яркой оранжевой спортивной машине и я испустил низкий свист, когда он нажал кнопку на своем брелке и Фезератти разблокировалась с писком и вспышкой фар.

— Это твоя машина? — спросил я в изумлении.

— В данный момент, — ответил он. — Я не знаю, кто был тем засранцем, который заплатил за нее изначально, но его потеря — моя выгода.

В этом не было ничего из обычного шутливого отношения Леона, он просто изложил мне факты, прежде чем опуститься на водительское сиденье.

Я поспешил пересесть на пассажирское место и едва успел коснуться задницей дорогой как дерьмо кожи, как он рванул с парковки. Ворота перед школой были открыты и он выехал на шоссе так быстро, что меня вдавило назад в сиденье. Мое сердце заколотилось и я быстро пристегнул ремень безопасности, когда он прижал ногу к днищу и мы вылетели из Академии Авроры на скорости, почти в три раза превышающей допустимую.

— Ах, Леон, как ты думаешь, может…

Я закричал, как гребаная девчонка, когда раздался гудок и Леон обогнал восемнадцатиколесный грузовик, проезжая по неправильной стороне дороги, прежде чем снова свернуть на свою полосу.

Замолчав, я ухватился за обе стороны кресла, сосредоточившись на том, чтобы молиться звездам, чтобы мы не умерли. Фары мелькали мимо, а Леон ничуть не сбавил скорость.

Он свернул с дороги и начал мчаться по закоулкам, поворачивая налево и направо так быстро, что я их почти не замечал, но постепенно я понял, что узнаю эту часть города. Мы были недалеко от маминой дрянной квартиры, где они с Элис сейчас свернулись калачиком в постели. Стрип-клуб Старушки Сэл находился за следующей улицей и все содержимое мира, в котором я вырос, было в нескольких минутах ходьбы.

Леон прижал машину к бордюру, раздался ужасный визг, когда спортивный автомобиль ударился днищем о бетон. Он либо не заметил, либо ему было все равно.

Он выпрыгнул из машины и понесся прямо к круглосуточному ломбарду, красные огни которого создавали теплое свечение на тротуаре. Его волосы рассыпались по плечам, а грудь была обнажена. Я не знал, кого мы найдем в этом месте, но надеялся, что они просто вернут Леону все, что, черт возьми, у него забрали, потому что, похоже, он совсем потерял голову из-за этого.

Леон распахнул дверь и за мгновение до того, как стеклянная дверь ударилась о стену с такой силой, что разлетелась на тысячу осколков, зазвенел маленький колокольчик.

Я отпрыгнул назад, зажмурившись, когда Леон издал рев, достаточно громкий, чтобы страх пронесся сквозь меня. Я никогда не видел его таким. Даже близко не видел и я вдруг забеспокоился о парне, которого он искал.

— Я хочу поговорить с тобой о части собственности моей семьи, которую ты купил! — прорычал он, направляясь дальше в магазин и я осторожно двинулся следом, не зная, безумно ли я поступаю или нет.

Стекло хрустело под моими кроссовками, когда я входил в затемненный магазин. Вдоль стен стояли полки, заваленные до самой крыши всевозможными предметами из ломбардов. Мой взгляд устремился прямо на фейри за прилавком, когда он поднялся на ноги и создав в ладонях огненные шары.

— Я ничего об этом не знаю, мистер Найт, — сказал он и я удивился, что он так легко узнал Леона. Неужели я был глуп, игнорируя тот факт, что его семья была одной из самых влиятельных в Алестрии? Может быть, мне стоило побольше подумать о том, что это значит на самом деле. — Но если вы думаете, что в моем магазине есть что-то, принадлежащее вашей семье, тогда я уверен…

Леон постучал пальцем по стеклянному прилавку и предупреждающе прорычал: — Это принадлежит мне.