Это был наш Божественный Момент. Звезды решили свести нас вместе как Элизианскую Пару сегодня ночью. Мой маленький монстр и я связаны друг с другом навеки. И ничто в мире, ни Король, ни все, что произошло, ни трое парней вокруг нас не могли заставить меня усомниться в этом.

Я стал принадлежать ей с того дня, как она вошла в эту Академию. И она стала моей, когда впервые назвала меня Лео. С каждым мгновением я хотел ее все больше, и это был мой шанс получить ее в каждом последующем мгновении.

Но вместе с этим решением к моему горлу подкатил ком ужаса. Если она выберет меня, это будет означать отказ от трех других мужчин, ради которых билось ее сердце. Если мы станем Элизианской Парой, ее сердце не захочет никого, кроме меня. Но если бы она этого не сделала, мы бы навсегда стали Разъединенными Звездами, обреченными на вечную тоску друг по другу, но так бы и не смогли исполнить свои желания, поскольку звезды разлучили нас.

Так что же предпочтет мой маленький монстр? Жизнь со мной одним или жизнь с другими тремя, которые могли удовлетворить те ее части, которые не мог удовлетворить я?

Я никогда не пытался задушить эту потребность, которая жила в ней, как неугасимое пламя. Я поощрял ее, разжигал ее, пока она не разгорелась. Возможно, это было испытанием, чтобы показать, что я могу сделать для нее все, но разве не жестоко заставлять ее чувствовать, что она может получить всех нас, а потом сказать, что она должна выбирать? Возможно, звезды всегда хотели, чтобы мы были вместе. Потому что я принимал эту ее сторону, когда другие не могли.

И если это правда, то я должен быть лучшим мужчиной, чтобы удовлетворить все ее потребности. Я должен быть большим. И, клянусь звездами, если она выберет меня, я проведу остаток своих дней, стараясь быть достаточным.

52. Элис

Я стояла и смотрела на Леона, раздвинув губы, а мое сердце билось в такт его имени. Я только что потеряла его. Слезы, которые я выплакала из-за его смерти, высохли на моих щеках. Я перешла от размышлений о жизни без него к предложению жить с ним рядом вечно.

— Ты только что сказала мне, что никогда не захочешь покинуть меня, — поддразнил он, делая нерешительный шаг ближе ко мне.

— Я не имела в виду… — я посмотрела вокруг нас на странный купол пространства, в котором мы оказались заперты. Мир за пределами этого маленького пузыря покоя казался размытым, неясным, словно здесь и там были так далеко друг от друга, что даже звезды больше не заботились о законах физики.

Три смутные фигуры стояли за пределами этого момента, но мой разум не мог сосредоточиться на них достаточно долго, чтобы беспокоиться о них. Дело было не в них. Речь шла обо мне и Леоне.

Мой взгляд устремился в темное небо над нами, где располагались наши созвездия, которые смотрели на нас. Наблюдали. Ждали.

— Я знаю, что это не то, что ты бы выбрала, — сказал Леон низким голосом, медленно поднимая руку в знак предложения, когда я опустила глаза с небес и встретилась с его золотыми глазами. — Но звезды считают, что мы идеально подходим друг другу, Элис. И я думаю, что могу просто согласиться с ними.

Мои губы дернулись, когда он произнес мое имя. Мне нравилось быть его маленьким монстром, но то, как он его произнес, звучало так чисто, так реально, как будто мое имя значило для него гораздо больше, чем то, как он меня называл.

— Я ведь не ударилась головой в том туннеле? — дразняще спросила я, пока мой мозг пытался осознать происходящее.

— Возможно, — ответил Леон, его рот приподнялся в уголке. — Но я все равно уверен, что все это реально.

— Я просто думала, что если это случится, то это будет с… — я замялась, не понимая, к чему я вообще клоню, потому что в этом не было ничего, что казалось бы неправильным. Все было так, как и должно быть — я и мой Лев.

Улыбка сползла с лица Леона, и он опустил руку, словно считая это каким-то отказом. Я бросилась вперед и перехватила его пальцы, прежде чем он смог позволить этой мысли занять хоть какое-то место в его сознании.

— Все в порядке, — сказал он, смачивая губы. — Я имею в виду, он продолжал говорить об этом, а я, в конце концов, просто весельчак, так что…

— Ты не просто кто-то, Лео, — прорычала я, потянувшись вверх, чтобы обхватить его челюсть своей рукой. — Ты единственный человек, который мог заставить меня улыбаться, даже когда я думала, что сломалась до невозможности. Ты единственный, кто точно видел, кто я и что мне нужно, и никогда не сомневался в этом и не осуждал за это. Ты тот, кто был задуман как эгоистичное существо, но из кожи вон лез, чтобы заботиться обо мне и обеспечивать меня снова и снова так, как я даже не подозревала, что нуждаюсь в этом. Когда ты смотришь на меня, ты не видишь сломленную девушку, которая просто пытается глотнуть воздуха, прежде чем утонуть. И то, как ты смотришь на меня, заставляет меня хотеть быть той девушкой, которую ты видишь.