— Ты нашел меня, — вздохнула Элис, ее глаза горели от напряжения.

Влияние Кошмара омыло меня, мое собственное чувство неудачи увеличилось в десять раз, пока не отозвалось эхом в каждом дюйме моей кожи.

— Мне жаль, — сказал я Элис. — Мне чертовски жаль.

— Ты действительно думал, что сможешь спасти ее? — Найтшейд насмехалась, и я вдруг почувствовал себя маленьким. Таким же маленьким, как мальчик, которого бросили, когда умер его отец. Мальчик, которого взяли в дом Мариэллы и разбили на части.

Я склонил голову. Как я мог думать, что способен сделать это в одиночку? Я никогда не был способен спасти тех, кого любил.

Пронзительный смех Кошмара раздался вокруг меня. — Какой же ты жалкий. Ты любишь девушку, не так ли? Я чувствую это в тебе повсюду.

У меня в горле встал ком, и я посмотрел на Элис. Ее глаза были расширены, но она ничего не сказала. Зачем бы ей это делать?

Кошмар придвинулась ближе, пока ее тень не упала на меня, отбрасываемая оранжевым свечением ее фейлайта позади. — Ты знаешь, почему Мариэлла причинила тебе боль, Райдер? Она не пыталась сломать тебя. Ты всегда был таким. Она пыталась исправить тебя.

— Райдер! — голос Элис доносился откуда-то со стороны, но казался таким далеким. — Она лжет!

— Ты ничего не стоишь, — шипела Кошмар, наклоняясь к моему лицу. — Так было всегда. И всегда будет.

— Райдер! — снова закричала Элис, но я не мог смотреть на нее. Я не мог смотреть ей в лицо. Мне было так стыдно за то, что я пришел сюда, за то, что думал, что могу кому-то помочь. Все, что я когда-либо делал, это приносил боль и питался ею, как пиявка.

— Ты действительно думаешь, что кто-то может полюбить тебя? — вздохнула Кошмар. — Даже такая маленькая шлюха, как она?

Ярость пронзила мое нутро, когда эта сука назвала Элис так, но все больше и больше слабости проникало в мое тело, пока я не ощутил, что падаю на колени.

— Нет, — вздохнул я, мой тон был холодным и пустым, как и моя душа. Никто не мог любить такое ничтожное существо, как я. Особенно кто-то вроде Элис.

— Я люблю тебя! — страдальческий крик Элис донесся до меня в темноте моего сознания. — Я люблю тебя, Райдер! Ты мой, а я твоя.

Я поднял подбородок, когда ее прекрасные слова прозвучали в моем черепе. Но Кошмар прижмурилась, улыбка исказила ее губы, и она потянулась к моей челюсти в нежной ласке. В тот момент, когда ее кожа коснулась моей, я потерял всякий контроль.

Я был бесполезен, никчемен, ничем.

И я не мог никого спасти. Даже девушку, которую я любил.

49. Элис

Я закричала, когда Найтшейд заставила Райдера встать на колени, чувство отчаяния, одиночества, душевной боли и недостойности заполнило пещеру, в которой мы стояли, так густо, что я едва могла дышать. Ее ржаво-коричневая чешуя мерцала от магии ее формы Ордена, покрывая ее тело, проникая под воротник и покрывая ее голые руки и ноги, пока она сосредоточилась на том, чтобы загнать эти чувства в Короля Лунного Братства, используя его неуверенность, злоупотребляя всеми знаниями, которые она получила от него во время их совместных занятий.

Лозы извивались из ее ладони и обвивались вокруг его шеи, затягиваясь, когда она сжимала кулак со вспышкой возбуждения в глазах.

Гнев пылал в моей крови, как раскаленная лава, и клыки пронзили мою нижнюю губу, когда я с рычанием обрушила на нее свою ярость. Он боролся с ней, но лианы, которые она наколдовала, чтобы задушить его, все крепче держали его и терзали.

Боль и отчаяние, которые мы испытывали вдвоем, только подпитывали ее магию, она высасывала силу из воздуха, лишая Райдера всего, что у него было. Но пока его душевная боль и моя питали ее магию, боль от этого укрепляла и его.

Найтшейд застонала, прижав руки к лицу Райдера, вытягивая еще больше его эмоций на поверхность кожи.

Она упивалась его болью так же, как и он, и, хотя его зубы были стиснуты в твердую линию, я могла видеть войну эмоций, происходящую в его темно-зеленых глазах.

— Райдер, — задыхаясь от ужаса, прошептала я, пока Найтшейд питалась всем тем ужасным, что когда-либо было сделано с моим бедным, измученным змеем. — Она может чувствовать твою боль, но это ничего не меняет. Это твоя сила, которая делает тебя тем, кто ты есть. То, как ты выжил и как ты продолжаешь выживать, именно это заставило меня обратить на тебя внимание. Вот кого я вижу, когда смотрю на тебя или когда чувствую шрамы на твоей плоти: не жертву, а выжившего, воина, гребаного Короля.

Челюсть Райдера сжалась, и рычание вырвалось из его губ, так как он начал сопротивляться с большей силой, чем раньше. Найтшейд яростно зарычала, когда его глаза потемнели, а агония в них была отодвинута назад.