— Я знаю, — ухмыльнулся я ей. — Это всего лишь невинная постель между хозяином и домашним питомцем. Я даже снова могу засунуть в тебя пальцы, если ты думаешь, что на этот раз сможешь вести себя тихо?

— Никаких шансов, — прошипела она.

— Да, ты права, ты бы не смогла удержаться от того, чтобы снова вот так не кричать мое имя.

Она свирепо смотрела на меня, пока я чистил зубы, прежде чем снять с себя окровавленную материю и бросить ее на пол. Я вытер остатки крови мочалкой и предложил ее ей следующей.

Она приняла ее и быстро начала очищать свою кожу, когда я нырнул обратно в свою комнату. Я разделся полностью до боксеров, распустил волосы и лег в постель.

Татум появилась мгновением позже, явно решив, что ночь в моей постели лучше, чем эта гребаная ванна, и закрыла за собой дверь ванной, погрузив нас в темноту.

— Ты можешь одолжить одну из моих футболок, чтобы поспать в ней, — предложил я, указывая на свой шкаф.

Она направилась к нему, и я наблюдал за ней в тусклом лунном свете, который проникал через мое окно, пока она снимала с себя все, кроме нижнего белья, и натягивала мою футболку. Она доходила ей до середины бедра и выглядела на ней до глупости хорошо, когда она придвинулась ближе и скользнула в мою постель.

— Ты же не собираешься пырнуть меня ножом ночью? — Прошипела она, и я послушно вытащил охотничий нож из-под подушки, прежде чем бросить его на тумбочку.

— Во всяком случае, не ножом, — поддразнил я.

Ее взгляд упал на мой член, который все еще был твердым как камень под боксерами, и он дернулся от внимания.

— Хочешь поболтать с ним? — Предложил я, задаваясь вопросом, смогу ли я избежать того, что эта задница будет прижиматься ко мне всю ночь.

— Ни за что на свете, — проворчала она, и я вздохнул, прежде чем укрыть нас одеялом.

— Тогда спокойной ночи, детка.

Она не ответила, и я долго лежал так, ожидая, пока она заснет, прежде чем перекинуться поперек матраса и поднять телефон, чтобы сделать селфи нас двоих в моей постели.

Я быстро написал сообщение для группового чата, включая кучу фотографий с сегодняшнего вечера, чтобы показать остальным, где мы были, а затем настроил это на отправку в шесть утра, как раз когда Сэйнт проснется.

Я рассмеялся про себя, закрыв глаза и откинувшись на подушки.

Когда Сэйнт увидит это дерьмо, он взорвется. И я действительно не мог дождаться, чтобы увидеть, что он сделает, когда это произойдет.

Тепло горячего тела звало меня, и я придвинулась к нему в своем сонном состоянии. Я так хорошо не спала с тех пор, как… Я даже не могла вспомнить когда. Мои пальцы коснулись твердой плоти, а бедро прижалось к нему, пока я искала еще больше тепла. Его рука скользнула вокруг меня, притягивая ближе за задницу, и мои глаза распахнулись, реальность хлестнула меня, когда я посмотрела на Ночного Стража, с которым была связана.

Он все еще крепко спал, его лицо было всего в дюйме от моего, и, хотя я уже собиралась высвободиться из его объятий, я внезапно была очарована возможностью смотреть на него вот так, пока он был так неподвижен. Черты его лица были грубыми и темными, и обычно резкие черты смягчались во сне. Я не хотела признавать этого, но прошлая ночь была самой веселой за последние годы. И я была почти уверена, что никогда не чувствовала себя такой дико свободной. Что было иронично, учитывая, что я была всего лишь пойманной им маленькой птичкой с подрезанными крыльями. Хотя это определенно лучше, чем спать в ванне…

— Я собираюсь воспользоваться вилами, — пробормотал он во сне. — Проткну тебя, как садовую клумбу, и посажу дуб у тебя в животе.

Я рассмеялась, и хватка Киана усилилась, он крепко прижал меня к себе, и я ахнула, когда он вонзил в меня свою утреннюю славу.

Прошлой ночью дикая девчонка во мне полностью взяла верх. После победы в том бою я была под кайфом от адреналина и, возможно, немного от Киана. Находиться рядом с ним было опьяняюще, и, возможно, именно поэтому я позволила ему прикоснуться к себе. Он был олицетворением опасности и искушения. И я бы обманула саму себя, если бы сказала, что сделала это только для того, чтобы попытаться стать к нему ближе. Прошлая ночь была настоящей, каждая ее секунда. И меня пугало то, как сильно я хотела его. Как сильно я также хотела его сейчас…