— Все в порядке. Она сожалеет, не так ли, Перл? — Спросила я, вспоминая тот раз, когда они заставили меня ударить ее. Я не собиралась снова быть вынужденной к чему-либо подобному. Даже если на этот раз Перл заслуживала этого чуть больше.

Она холодно оглядела меня, заправив длинную прядь черных волос за ухо. Ее взгляд переместился на Ночных Стражей позади меня, и ее спокойное стервозное лицо исчезло.

— Да, мне очень жаль.

— Недостаточно, — прорычал Блейк, обходя меня и подзывая к себе. — Заставь ее заплатить.

— Нет. — Я уперлась ногами. — Она извинилась и подобрала мои вещи. Этого достаточно.

— Это не так, — угрожающе сказал Киан, подталкивая меня в спину. — Я приказываю тебе наказать ее, детка. Ей нужно помнить свое место.

— Я сказала «нет». — Я резко повернулась к нему лицом, и краем глаза заметила, как Мила отступила назад, когда Блейк отмахнулся от нее. Тоби поспешил присоединиться к остальной толпе, бросив испуганный взгляд на Ночных Стражей, когда они пропустили его.

Верхняя губа Киана оскалилась, и страх сжал мое сердце. Сейчас он выглядел скорее животным, чем человеком.

— Ты должна следовать правилам, — прошипел Сэйнт, но не вмешался, позволив Киану помериться силами со мной за отказ.

Киан прошел мимо меня, его плечи напряглись, когда он приблизился к Перл, вытягивая шею, как будто готовился к драке. Она съежилась перед ним, ее колени заметно дрожали, как у мультяшного персонажа.

— Я сказала «извини», Киан, что еще ты хочешь, чтобы я сделала? — Спросила она дрожащим голосом.

Он осмотрел местность, как будто искал оружие, затем указал на кусочек жвачки, прилипший к полу у ее ног.

— Ты уронила свою жвачку, Девикерс. Лучше подними ее руками.

Ее лицо побледнело, когда она посмотрела на липкое розовое пятно у своей туфли, местами почерневшее от грязи. Она явно принадлежала не ей, и у меня скрутило живот от одного взгляда на это, не говоря уже о том, чтобы прикоснуться к ней.

— Киан, — рявкнула я, и он бросил на меня взгляд через плечо, от которого у меня екнуло сердце.

Он повернулся к Перл, лениво обводя пальцем воздух, чтобы поторопить ее.

— Ты тратишь драгоценные секунды моей жизни прямо сейчас. Сейчас же. Подними. Это.

Перл со стоном опустилась на пол и, сморщив носик, соскребла ее с пола большим и указательным пальцем. Она снова встала, глядя на Киана с выражением, молящим о пощаде.

— В рот, — подбодрил он, и со стороны наблюдавших студентов донесся взрыв смеха.

Нижняя губа Перл задрожала, когда она поднесла жвачку к губам, на глаза навернулись слезы, когда она с гримасой прижала ее ко рту.

— Теперь жуй, — прорычал Киан, и Сэйнт мрачно усмехнулся рядом со мной. Я бросила на него быстрый взгляд и обнаружила, что его глаза загорелись жестокостью, когда он наблюдал за ними. По другую сторону от меня Блейк хрустел костяшками пальцев и с ухмылкой наблюдал за Перл.

Перл начала жевать, все ее лицо скривилось от отвращения, и у меня перехватило горло при этой мысли.

— А какой у нее вкус? — Небрежно спросил Киан.

— Клубничный, — сказала она сквозь слюну, явно пытаясь не сглотнуть.

— Говорят, жвачка остается в желудке семь лет после того, как ты ее проглотила. Интересно, правда ли это… — Киан задумался, и глаза Перл расширились от ужаса. — Сделай это, — приказал он.

Она вздрогнула, и я шагнула вперед. Это зашло уже достаточно далеко. Но когда я приблизилась, чтобы попытаться вмешаться, Киан выбросил руку, останавливая меня.

— Я разберусь с тобой, когда закончу разбираться с Девикерс.

— Киан, — прорычала я. — Прекрати. — Он проигнорировал меня, рассматривая Перл, и все ее лицо сморщилось, когда она проглотила жвачку, ее горло дернулось, когда она сглотнула.

— Открой рот, — проинструктировал Киан, и Перл послушалась, когда он заглянул внутрь, чтобы убедиться, что она действительно это сделала, одобрительно кивнул, прежде чем схватить меня за руку и прошествовать мимо нее.

Я спотыкалась, когда он тащил меня за собой в бешеном темпе, мое сердце бешено колотилось при виде его ожесточенных черт. В нем не было того света, который я обычно видела в нем. Он придерживался своей клятвы, стать монстром, которым я его назвала. И теперь я собиралась заплатить цену за эти слова. Но я не собиралась умолять. Если он хочет доказать, насколько черным на самом деле было его сердце, то он только подтвердит мое обвинение. Под всем этим дерьмовым притворством, что я ему нравлюсь, на самом деле он просто хотел владеть мной и причинять мне боль, как и другие.

Он пинком распахнул двери и наполовину стащил меня по ступенькам во внутренний двор за Аспен-Холлс, увлекая по тропинке в направлении Храма.