— Шли годы. Я собирал информацию о Сингхе, отправлял агенту Мортез все, что попадалось под руку. Это было трудно. Частые переезды по стране в разные учреждения означали, что я не буду слишком часто видеться с Сингхом, но мне удавалось узнавать кое-что по крупицам, просто этого было недостаточно, чтобы обвинить его. — Он провел рукой по затылку, разрывая зрительный контакт со мной, и мое сердце сбилось с ритма, пока я пыталась переварить все это. — Через несколько лет я получил кое-какие данные с компьютера Сингха, отправленные по электронной почте частному покупателю, в которых говорилось, что вирус готов и они могут продать его в течение нескольких недель. Новая вакцина тоже была почти готова, ее снова подвергали испытаниям, и я знал, что на этот раз Сингх не рискнул бы срезать углы. Если эта вакцина сработает, то это было настоящее дело. Итак, я все рассказал Мортезу, и он спросил, могу ли я достать образцы вируса и вакцины из лаборатории в Калифорнии и привезти их ему, чтобы он мог передать их нужным людям. Обеспечить производство большего количества вакцин для защиты мира от этого смертельного вируса. Сделать его бесполезным в качестве оружия против нашей страны или любой другой нации. Так что… я так и сделал.

Я кивнула, все еще сжимая его руку, в то время как мой пульс стучал в ушах, не желая больше ничего говорить, пока он не закончит.

— Я встретился с Мортезом и отдал ему образцы, и после этого я больше ничего не слышал. Я писал по электронной почте, звонил, но ничего не услышал. Все линии связи между нами были мертвы, и тем временем вирус просочился в мир. Вот тогда я начал нервничать, поэтому записал тебя в Еверлейк, почувствовав, что что-то не так. Я украл смертельный вирус у одной из ведущих фармацевтических компаний страны. Я мог бы сесть в тюрьму только за это, особенно если бы ЦРУ собиралось отрицать все, что ему известно о моей причастности к ним. Я залег на дно после того, как высадил тебя, ожидая, не проявляю ли я паранойю, но моя догадка оправдалась. Мое имя мелькнуло в новостях, когда они получили видеозапись, на которой я краду образцы, и подтвердили, что утечка произошла из компании «Аполлон». День спустя мне позвонил тот же самый агент, попросил встретиться с ним, извинился за то, что оборвал меня, и сказал, что таков протокол. Он сказал, что, если я встречусь с ним, он сможет гарантировать, что мое имя будет очищено. Что мой бывший босс был ответственен за утечку вируса и что нам нужно было разоблачить его вместе.

— Ты поехал? — Спросила я, мои пальцы впились в его кожу, пока я держала его. Может ли этот Мортез помочь нам? Мог ли он действительно очистить папино имя?

— Да, — вздохнул он. — Но я был осторожен. Весь мир охотился за мной, я не мог сделать неверный шаг. Я дал ему координаты леса в Хавервуде, чтобы быть уверенным, что он находится далеко от других людей. Но когда я добрался туда, этот ублюдок начал стрелять.

Я ахнула, крепче сжимая его руку.

— Что? Почему?

— Он коррумпированный кусок дерьма, вот почему. Куда бы ни отправился этот вирус после того, как я передал его ему, он не был направлен в какую-нибудь правительственную лабораторию для производства новых вакцин. И теперь он хочет моей смерти, чтобы завязать свой маленький узел. Сингх ничего не сливал. Мортез, блядь, обманул меня, чтобы заполучить эти образцы, и я готов поспорить на свою жизнь, что, кому бы он их ни отдал, они выпустили это по всему миру.

— Боже мой, — выдохнула я. — Ты убегал от него все это время?

— От него и всех остальных в стране, — мрачно сказал он. — Живой или мертвый, моя голова сейчас стоит больше миллиона гребаных долларов, малышка.

Я откинулась на спинку стула, выпустив его руку, и нервно запустила пальцы в свои волосы. Это было хуже, чем я могла себе представить. Как мы вообще собирались это исправить?

— Мы должны разоблачить это. Разве мы не можем позвать репортера или что-то в этом роде? — В отчаянии предложила я.

Он опустил голову.

— Я не знаю. Я обдумал все это, каждый угол. Но я не думаю, что смогу легко приблизиться к кому-либо, не попав в наручники или, что еще хуже, с пулей между глаз.

— Не говори так, — взмолилась я, и от этой мысли у меня сжалось сердце. — Мы найдем способ.

Он грустно улыбнулся.

— Ты унаследовала это от меня, это упрямство. Конечно, в твоей матери это тоже было заложено.

— Я не хочу о ней говорить. Где она, когда все это дерьмо попало в вентилятор? — С горечью сказала я. — Где она вообще?

Он кивнул, со вздохом поставив локти на стол.

— Ну, вот что я тебе скажу: она упускает возможность узнать свою прекрасную дочь. Ты не можешь даже постичь ее глупость, Татти, и спасибо, черт возьми, за это.

— Я не знаю… — Я опустила его взгляд, и мой желудок скрутило узлом. — Иногда я думаю, что принимаю не самый лучший выбор. — Я подумала обо всем, что произошло между мной и Ночными Стражами. Я пыталась выжить, но в итоге связалась с ними так глубоко, что больше не знаю, кому я предана.