Когда мы вошли в здание, на меня упала тень, а еще мгновением спустя я оказалась на слегка влажном полу. Без предупреждения вода обрушилась на меня потоком, и я вскрикнула от неожиданности, вздрогнув от шока. Я услышала, как другие девушки проснулись, и быстро вскочила на ноги. Мой адреналин подскочил, когда я оказалась в комнате, выложенной белым кафелем, с канализационными стоками у наших ног, и я насчитала четырнадцать других девушек, стоящих под душем, который лил с потолка.

Но он не был ледяным, как душ, в который я ходила всю свою жизнь; он был теплым и целовал мою кожу, как горячие капли дождя. Напряжение в моем теле спало, когда я подставила лицо потоку и на мгновение окунулась в его жар, осознав, как глубоко меня обжег холодный зимний воздух.

Перед нами стояли три вампира, все мужчины, и смотрели на нас с бесстрастным выражением лица, придерживая свои красные плащи подальше от воды. Один из них заговорил, вздернув подбородок, его глаза были двумя мутными зелеными озерцами.

— Вымойтесь. Воспользуйтесь предоставленным мылом. Снимите одежду и положите ее туда. — Он указал на металлический контейнер в углу комнаты, подозрительно похожий на мусорное ведро. Помещение было выложено плиткой и неестественно чистым, и я предположила, что это что-то вроде ванной.

Другие девушки начали раздеваться и подбирать куски мыла, сваленные в кучу в задней части душа. Я вскочила на ноги, переводя взгляд между вампирами с напряженной настороженностью, но они просто стояли там, ожидая, пока мы сделаем то, что они приказали.

Все это не имело смысла, но, когда холод пробрал меня до костей и я получила обещание быть чистой, выполнить этот приказ было не так уж трудно. Кроме того, папа однажды сказал: «Когда жизнь дает тебе лимоны, выжми их, добавь немного водки, добавь немного сахара, и у тебя получится наполовину приличный «уткотелль». Потом он вздохнул и рассказал нам обо всех этих разных уткотеллях, которые они с мамой пили в модных барах. Суть в том, что прямо сейчас жизнь подкидывала мне лимоны, так что мне нужно было извлечь из этого максимум пользы, пока это продолжалось.

Я повернулась спиной к вампирам и стянула с себя промокшую одежду. Обнаженная, я почувствовала себя уязвимой, но, взяв в руки кусок мыла и начав натираться им, постаралась не дать сердцу заколотиться сильнее. Аромат меда заполнил мой нос, когда мыло вспенилось, отчего у меня потекли слюнки, а в животе заурчало в надежде на скорую трапезу.

Блондинка из грузовика стояла рядом со мной, ее золотистая кожа становилась все ярче по мере того, как она смывала грязь со своего тела.

— Привет, — прошептала я, но, прежде чем она успела ответить, один из охранников рявкнул: — Молчать! — и девушка отвернулась от меня.

Я стиснула зубы, собирая свою одежду, подходя к контейнеру и бросая ее в него.

Один из вампиров подошел ко мне, и я не упустила из виду, как его взгляд скользнул по моему телу. В его взгляде не было похоти, только любопытство, как будто он был удивлен, обнаружив, что у меня есть сиськи или что-то в этом роде. Да, придурок, сисек у меня в изобилии, и я выцарапаю тебе глаза, если ты к ним приблизишься.

Ладно, может, у меня и не было сисек в изобилии из-за того, сколько ночей я провела, голодая в Сфере, но все же.

Он прошел мимо меня достаточно близко, чтобы коснуться моей руки, и я отпрянула, оскалив зубы, как дикое существо. Но он не повернулся в мою сторону, а взял бутылку с чем-то и бросил ее мне. Я поймала ее, нахмурившись при виде слова «кондиционер» на флаконе, не понимая его значения.

— Вотри это в свою гриву, а потом смой, — отрезал вампир. — Поторопись.

Я подозрительно повертела бутылку в руках, обнаружив на ней красивую женщину с роскошными длинными волосами и безмятежной улыбкой на лице. Я предположила, что это какое-то мыло для волос, и когда я открыла крышку, до меня донесся фруктовый аромат, и я выдавила себе на руку порцию, передавая флакон следующей девушке. Я втерла его в волосы, затем позволила воде смыть его, поймав взгляд блондинки, когда она сделала то же самое.

В тот момент, когда последняя женщина закончила мыть голову, воду отключили, и мы стояли голые и ждали указаний. Один из вампиров поманил нас вперед, и мы двинулись за ним, завернув за угол в комнату с простыми деревянными скамьями и вешалкой, полной белых халатов.

— Ну, не стойте же вы просто так, с вас на пол капает вода, — проворчал он. — Наденьте халаты.

Он бросил несколько штук в нашу сторону, и я поймала два, передав один блондинке рядом со мной.

— Спасибо, — выдохнула она, и я кивнула, жалкое подобие улыбки тронуло мои губы, когда я натягивала халат. — Я Пейдж.

— Монтана, — прошептала я, закрепляя халат на месте. — Черт возьми, он такой мягкий.

Она тихо рассмеялась.

— Тихо, — рявкнул вампир, проходя через помещение, и поманил нас за собой. — Продолжайте двигаться. — Он указал на дорогу впереди — белый коридор, уходящий вдаль.

Мое нутро сжалось от нервного напряжения. Что, если нас ведут на бойню? Может, нас заставили вымыться, чтобы наши тела были чистыми, когда дело дойдет до топора мясника?

Нет, они не убьют нас. Вампиры не убивают, они иссушают.