Появился Арктурус, одетый в те же самые белые одежды, что и раньше, его лицо было неподвижным, а его голос доносился до нас в наших разумах.

‘Здесь нельзя говорить неправду ’.

— Я не планирую лгать, и я уверена, ты бы понял, если бы я попыталась это сделать, — сказала Дарси.

‘Вы не знаете, как это было’, — сказал Арктурус. — ‘Это было всего мгновение назад в огромном пространстве времени. Когда звезды Новус вступили в сговор с Фейри в вашем царстве, многие из них были одарены способностью лгать звездам Ветус. Чтобы скрыть себя и от нашего взора. Возможно, Клайдиниус заключил сделку с дочерьми пламени, но если это так, то тебе не удастся обмануть меня здесь, на берегу Океана Веритас.’

— Тогда вот моя просьба. — Дарси шагнула к Арктурус, высоко подняв подбородок.

‘Если ложь сорвется с твоих губ, последствия будут велики. И не на тебя, дочь пламени, — предупредил Арктурус, обратив взгляд на меня. — Я позволю океану пожинать свои плоды из души твоей Элизианской пары’.

Его рука вылетела вперед, яростная сила врезалась в центр моей груди и швырнула меня назад в воду. Как будто гигантская рука прижала меня к груди, загоняя меня все глубже и глубже в океан, пока моя спина не столкнулась с песчаным морским дно. Я метался под его хваткой, из моих губ выходили пузыри, а в крови поднималась паника.

В глубине души я знал, что на самом деле меня здесь нет. Но опять же, моя душа была. Возможно, я не был настоящим в том смысле этого слова, который я знал в мире Фейри, но это не означало, что я был неприкасаемым. На самом деле, моя душа была более верна тому, кем я был, чем мое тело, и когда эта ужасная сила давила на меня, я был уверен, что смогу страдать здесь способами, выходящими за рамки любой телесной боли.

Моим легким не хватало воздуха, уши закладывались от давления. Но как это могло быть возможно, если у меня не было тела? Воздух мне был не нужен, но иллюзия необходимости в нем не проходила. Я боролся изо всех сил, чтобы освободиться: одна минута, две, затем три, пять, десять. Но сколько бы я ни тонул, я не умирал. Потому что смерть моей души была невозможна, по крайней мере, физически я не мог умереть на земле.

Наконец эта гигантская невидимая рука на моей груди подхватила меня, вытащила из морского дна и швырнула на остров. Я рухнул на живот, толкнул себя на колени и глотнул воздух, но в одно мгновение я больше не нуждался в этом. Я был таким же, каким был раньше.

Дарси схватила меня за руку и подняла в вертикальное положение с выражением страха в глазах.

— С тобой все в порядке?

— Со мной все в порядке, — ледяным тоном сказал я, бросая сердитый взгляд на фейриоподобную форму Арктурус. — Ты получила то, о чем просила?

— Да, — выдохнула она, и я был потрясен, меня пронзил поток страха.

— Что он хотел за это взамен?

‘Возможно, пришло время вернуть тебя в твой земной мир ’— сказал Арктурус. — ‘Чтобы ты могла снова солгать.’

Мир содрогнулся, и я моргнул, обнаружив, что стою на коленях напротив Дарси на вершине утеса с видом на бухту Эйр.

— Придурок, — прорычала она.

— Что он имел в виду под этим? Ты собираешься мне лгать, Блу?

— Нет, — сказала она яростно. — Он согласился на то, о чем я просила. Там не было цены.

Я нахмурился, пытаясь понять, действительно ли она может мне солгать. Чтобы защитить меня от ужасной правды.

— Ты же не оставишь меня, не так ли? — спросил я низким голосом, но мой взгляд был, слишком уязвимым. Часть меня сомневалась в словах, которые она мне говорила. Потому что она была слишком чертовски благородна, слишком самоотверженна. Она отдала бы все, чтобы защитить тех, кого любила.

— Нет, Лэнс. — Она бросилась через Камни Гильдии, сбив круг так, что он раскололся, и поцеловала меня со всей страстью благочестивого Фейри, служащего звездам.

Я потерялся в этом поцелуе, притягивая ее к себе и пытаясь почувствовать вкус истины на ее губах.

— Не лги мне, — сказал я, когда наши губы разомкнулись. — Если ты что-то скрываешь от меня, скажи это сейчас.

Она схватила меня за волосы так сильно, что стало больно, ее глаза сверкали огнем.

— Нам не нужен океан правды, чтобы между нами было доверие. Если я говорю, что он ничего у меня не просил, то ты, черт возьми, мне поверишь, Лэнс Орион.

Она была практически надо мной, и я зарычал, услышав вызов в ее голосе, перевернув ее на спину и набросившись на нее.

— Ты можешь командовать мной как угодно в этой войне, но ты не можешь избавиться от моих сомнений, Блу.

— Как ты можешь сомневаться в нас после всего, через что мы прошли? — обвиняла она, выбираясь из под меня, но я положил руку ей на грудь, чтобы снова прижать ее вниз.

Я обнажил клыки.

— Я не сомневаюсь в нас, я сомневаюсь в том, что ты свернешь с благородного пути. Если бы Арктурус потребовал от тебя, я знаю, ты бы на это согласилась.