— Я ненавидела вас всю свою жизнь, — сказала я, не моргая. — Любая добыча была бы чертовски глупа, если бы подружилась со своим хищником.

— Действительно глупо, — сказал Фабиан, поднимаясь на ноги и немного нервируя меня, когда подошел ближе, обошел стол и отвел прядь волос с моей шеи. Я не двигалась и не выказывала никаких признаков страха, который закрадывался в меня, вместо этого смотрела на него снизу вверх и ждала его следующего шага. — Разница в том, что теперь мы даем тебе шанс подняться по пищевой цепочке. И ты не производишь на меня пока впечатления хищника, любимая.

Он пронесся позади меня, завершая полный круг, прежде чем опуститься обратно на свое сиденье и склонить голову набок. — Но, из тебя получится прекрасный хищник. И при этом красивый. На тебя и так приятно смотреть, поэтому, когда ты станешь одной из нас, ты будешь воплощением совершенства.

— А что, если я этого не хочу? — Спросила я, гнев заострил мой голос.

— Тогда ты та самая глупая добыча, которой, как ты утверждаешь, не являешься, — мрачно сказал он. — Жизнь всегда была беспощадной, даже до того, как вампиры пришли к власти. Когда правили люди, ваш вид проливал кровь друг друга. И не только на войне. Я прожил много жизней, и во всех них неизменным оставалось одно. Люди совершают самые ужасные поступки по отношению друг к другу. По крайней мере, сейчас мы дали последним из вас общего врага. Но поверь мне, получив шанс возвыситься, большинство из ваших людей сделают все, чтобы захватить власть, и им будет все равно, чью кровь они при этом прольют.

— Так что, полагаю, я должна быть благодарна, — сказала я чересчур сладко, желая швырнуть в него всем столом и даже больше. Но я должна была сыграть здесь свою роль, и мы уже отклонились от темы. Мне нужно было вернуться в нужное русло, потому что от этого зависела моя семья.

— Нет, пожалуйста, ни в коем случае не презирай меня, любимая. Мне скорее нравится вызов, — сказал он, злобно ухмыляясь.

Я отвернулась, чтобы позволить ему посидеть с этим вызовом, пока я изучала мирный лес за оранжереей. Это выглядело как идеальное место, чтобы заблудиться, погрузиться в кажущуюся бесконечной череду деревьев и представить, что я нахожусь в одной из далеких сказочных стран, от которых я когда-то зависела, чтобы мысленно сбежать от монотонности моей Сферы.

— Это называется Центральный парк, — сказал Фабиан, возвращая меня в комнату. — По крайней мере, так было до Последней Войны. Теперь это просто часть территории замка.

— Раньше здесь жили люди? — Спросила я.

Несмотря на то, что я знала этот факт, было трудно представить, что они свободно разгуливают среди этих деревьев и валяются на траве.

— Да, — ответил он. — Парк был достопримечательностью для туристов.

— Что это значит? — Я надавила.

Он начал рассказывать мне о старом городе, о том, как люди приезжали со всего мира, чтобы посетить его. Семьи играли на полянках и резвились в лесу. Это было захватывающе. Он создал в моем воображении такую картинку, что я практически могла видеть их там сейчас, живущих той мирной жизнью.

Мое сердце упало, когда я медленно вернулась к реальности, и выражение моего лица омрачилось. Фабиан был ответственен за то, что лишил меня этой свободы. Он был одной из причин, по которой мы больше не могли так жить. И чем больше я осознавала это, тем сильнее презирала его ангельское лицо и очаровательный тон.

— Пойдем, — скомандовал он, резко вставая. — Мы можем прогуляться там, и ты расскажешь мне, что ты во мне больше всего ненавидишь.

— Я думала, мы проведем вместе всего один день? Мне понадобится по меньшей мере неделя, чтобы перечислить все это, — сказала я, вставая, и он взял меня за руку, с силой притягивая к себе и вглядываясь в мое лицо со смертельной интригой.

— Твой юмор оставляет желать лучшего, — проворчал он.

— Принц Эрик находит меня довольно забавной, — сказала я, пожимая плечами, и его глаза сверкнули при этих словах. Конечно, я была объектом унизительных шуток Эрика, но все же.

— Неужели? — пробормотал он себе под нос, затем почти потащил меня из комнаты.

Мы спустились по короткой каменной лестнице к деревянной двери, и Фабиан открыл ее, ведя меня в небольшой сад, обнесенный стеной. Я поежилась от холодного ветра, и Фабиан снял пиджак, накинув его мне на плечи, прежде чем я успела возразить.

— О, я в порядке. — Я попыталась снять его, но он крепко обнял меня за плечи.

— Я не проявляю рыцарства ко многим людям, — холодно сказал он, как будто это делало меня такой счастливицей.

— Вау, — саркастически проворковала я. — Ты действительно знаешь, как расположить меня к себе.

— Даже большинство вампиров убили бы за то, чтобы оказаться на твоем месте прямо сейчас, любимая, — сказал он, его высокомерие особенно сильно раздражало.