Мои руки сжались в крепкие кулаки, когда он резким щелчком захлопнул дверь за Клариссой, не сводя с меня глаз.

Он прищелкнул языком, глядя на меня с холодной неприязнью. — Почему ты не рассказала ей о моих планах?

Я облизала рот, осознав, как мучительно мне хотелось пить. — Я привязана к кровати, как маленькая вкусная вампирская закуска. Мне показалось, что это самоубийственная миссия.

— Значит, ты бы так и сделала, если бы была в лучшем положении для побега? — спросил он, его серые глаза были полны угрозы.

— Нет, — призналась я. — Я бы предпочла шантажировать тебя твоим секретом и получить то, что хочу.

Он издал веселый вздох, затем опустился и сел на кровать, повернувшись своим мощным телом ко мне. — Каким же умным человечком ты себя считаешь.

— Я стараюсь.

— Хм.

Я настороженно посмотрела на него, когда он придвинулся еще ближе.

— Сейчас я тебя развяжу, — сказал он. — Я бы предпочел, чтобы ты не металась и не устраивала бессмысленную сцену. Я полагаю, что очень ясно дал понять, как легко я могу поймать тебя, и я обещаю тебе, бунтарка, я найду тебя, куда бы ты ни убежала. А теперь замолчи и лежи смирно.

— У меня есть вопрос, — немедленно сказала я, и его губы скривились от разочарования.

— Да? — коротко спросил он, явно прилагая все усилия, чтобы быть милым со мной. Или, по крайней мере, вести себя вежливо, как велела ему Кларисса.

— Что именно теперь произойдет? Прошлой ночью ты сказал, что я твоя пленница, и осыпал меня гневными угрозами. Теперь ты развязываешь меня. Это немного сбивает с толку, тебе не кажется?

— По-моему, ты дура, если веришь, что клочок материи вокруг твоих запястий делает тебя большей пленницей, чем без него. — Он наклонился надо мной, его тело прижалось ко мне, когда он схватил мои путы и разорвал их почти без усилий.

Он не сразу отодвинулся, когда мои руки упали на кровать, и мое сердце подпрыгнуло, когда его рот оказался слишком близко к моему, напомнив мне о поцелуе, который мы разделили прошлой ночью. О том, как сильно я хотела этого, когда наши губы соприкоснулись. Он был жестоким искушением, воплощенным в жизнь, и я поддалась его соблазну. Но это было все, чем он был, а именно ловушкой, расставленной, чтобы сбить меня с толку, не более того.

Аромат кипариса и падающего дождя заставил меня вдохнуть, втягивая в легкие этот соблазнительный запах, и его глаза опустились к моим губам.

— Ты на вкус как засахаренный грех, бунтарка, — прошептал он, и у меня перехватило горло. — И, о, как же легко было заполучить этот вкус.

Он отпрянул от меня на огромной скорости, а я села прямо, замахнувшись рукой для удара, который не смогла нанести. — Ну, а ты на вкус как деготь, мудак. Держи свой рот подальше от меня.

— Хорошо, но не вини меня за то, что я откажу тебе, когда ты придешь умолять о еще одном поцелуе, — упрекнул он.

Я зарычала, вскакивая с кровати, не уверенная в своих намерениях, но точно зная только то, что хотела причинить ему боль.

Он исчез в мгновение ока, дверь захлопнулась, и замок щелкнул за ним, оставив меня в компании только моей ярости.

Я выдохнула и прошествовала в маленькую ванную комнату, чистя зубы и стирая воспоминание о его вкусе, пока не почувствовала, что мои десны вот-вот начнут кровоточить. Затем я разделась, собрала волосы в неряшливый пучок и зашагала в душ, включив такую высокую температуру, что вода чуть не ошпарила меня. Но я нуждалась в этом, почувствовать, как тепло разливается по моей коже и заставляет забыть холодное прикосновение вампира, который касался меня прошлой ночью.

К тому времени, когда я вернулась в свою комнату, завернувшись в полотенце, с распущенными по плечам черными волосами, я почувствовала себя окрепшей, и готовой встретить все, что уготовил для меня сегодняшний день.

— … Сир, вам действительно нужно нанять профессионального стилиста, я всего лишь горничная!

Эрик вошел в комнату, волоча за собой Нэнси, и всякая надежда, что меня сегодня оставят в покое, развеялась у меня перед глазами.

— Тебя только что повысили, — объявил Эрик, и Нэнси в отчаянии покачала головой.

— Пожалуйста, сир, я действительно вынуждена настаивать…

— Хватит. — Он взял Нэнси за плечи, разворачивая ее ко мне. — Видишь все волосы, торчащие дыбом на макушке этого человека?

— Д-да, — заикаясь, пробормотала она, и я бросила на него равнодушный взгляд.

— Укроти их, — приказал он. — И сделай это надутое лицо достойным королевской особы.

— Эрик? — Беспечно спросила я.

— Да, бунтарка? — он ответил официально.