Сэйнт и Монро последовали за нами, когда мы оказались в узком коридоре. Укол адреналина пробежал по мне, когда Сэйнт быстро закрыл за нами окно и ставни, чтобы прикрыть наш вход.

Мы с Кианом шли впереди, пока мы крались по огромному зданию, где играла отдаленная музыка, до нас не доносилось ничего, кроме глухого ритма, который, казалось, заставлял стены вибрировать от его мощи. В заведении витал слабый запах сигар и секса, и я сморщил нос, думая обо всех этих стариках, покупающих девушек, чтобы использовать их и выбросить просто потому, что они могли. Иногда я чертовски ненавидел людей.

За углом впереди нас скрипнули половицы, и мы все замерли, мое сердце бешено заколотилось, когда звук шагов, к счастью, отдалился от нас.

Затем Киан повел нас вниз по лестнице, прежде чем указать на дверь в комнату, где хранились накидки и маски участников, которые не смогли присутствовать на вечеринке. Облегчение захлестнуло меня при виде этого, и я взял инициативу в свои руки, когда мы пересекли широкий коридор с темно-красным ковром. Как только мы наденем их дерьмовые регалии, мы сможем передвигаться более свободно, прячась на виду, и шансы быть пойманными существенно уменьшатся.

Я толкнул дверь, но как только я это сделал, ее практически вырвали у меня из рук, поскольку кто-то внутри тоже потянул за ручку.

Мое сердце подпрыгнуло, когда я столкнулся лицом к лицу с мужчиной, одетым в плащ и черную маску, и когда он заметил меня, то закричал.

Я бросился на него, мои руки сомкнулись на его горле, когда я сильно сжал, обрывая этот звук, и, спотыкаясь, ввалился в комнату вместе с ним. Мы врезались в стену, и он брыкался и размахивал руками, в то время как мои руки оставались крепко сжатыми на его горле, и я отчаянно боролся, чтобы заставить его замолчать.

Дверь за мной закрылась, когда остальные проскользнули внутрь, и мы погрузились в кромешную тьму, когда мужчина, которого я душил, наносил мне жестокие удары по ребрам. Но я просто терпел эту гребаную боль, потому что знал: в тот момент, когда моя хватка ослабнет, он закричит об нападении и обрушит все это место на наши головы.

Я застонал, когда он ударил меня снова, затем он начал царапать мои руки в перчатках, пытаясь разжать мою хватку со своего горла. Но я не мог отпустить. Я бы не стал. И когда внезапно зажегся свет, и я встретился с его серыми глазами сквозь дыры в его невыразительной маске, я увидел в них настоящую панику и отчаяние.

Я стиснул зубы и крепко держался, сжимая и, черт возьми, сжимая, и когда он, наконец, перестал сопротивляться и затих, я с проклятием отшвырнул его.

— Думаете, кто-нибудь это услышал? — Прошипел я, поворачиваясь и обнаруживая, что остальные наблюдают за мной.

— Я думаю, они бы уже были здесь, если бы это было так, — ответил Сэйнт после паузы, и мы все согласились с этим.

Нэш начал хватать плащи и бросать их нам, чтобы мы надели их поверх наших черных костюмов, и мои руки немного дрожали от адреналина после боя, когда я застегивал свой на шее.

Мне в руки вложили черно-золотую маску в виде черепа, и, подняв голову, я увидел Татум, стоящую передо мной с широко раскрытыми глазами, полными огня.

— Ты спас наши задницы, золотой мальчик, — поддразнила она, встав на цыпочки, чтобы запечатлеть короткий поцелуй на моих губах, прежде чем отступить и натянуть свою собственную маску на лицо.

— Это моя работа, милая, — ответил я, взглянув на тело, которое оставил распростертым на полу, прежде чем надеть собственную маску на лицо и натянуть капюшон. Было время, когда я бы взбесился до чертиков из-за того, что только что натворил, но не сейчас. Я на собственном горьком опыте узнал, что нужно для выживания в этом мире, и был готов сделать все возможное, чтобы убедиться, что мы справимся.

— Запомните номера друг друга, — приказал Сэйнт, и я посмотрел на золотую цифру 327, вышитую на груди его плаща. — Мы же не хотим случайно застрелить друг друга.

Монро рассмеялся, как будто это была шутка, но, переводя взгляд с других Ночных Стражей на нашу королеву, я должен был признать, что довольно трудно распознать, кто есть кто под масками и накидками. Но я был настолько связан со всеми ними, что очень сомневался, что перепутаю их с кем-то еще.

Киан схватил мертвого парня и затолкал его под вешалку с плащами, пинком убрав его ноги с глаз долой, так что разглядеть его под свисающей черной материей было невозможно, и мы быстро выключили свет и снова направились в здание.

— Сюда, — сказал Киан, шагая по тусклому коридору, как будто это место принадлежало ему, и мы последовали за ним мимо картин маслом и закрытых дверей, через несколько поворотов и лестничный пролет.