Трою Мемфису все сойдет с рук. Убийство моей семьи. Распространение этого вируса. Руководство этого дурацкого клуба. Жестокое обращение со своим сыном. Все это и, без сомнения, еще бесчисленные зверства. Этот человек был гребаной чумой для нашего штата, нашей страны — черт возьми, для всего мира. Мы должны были отблагодарить его за тот бардак, в который мы все попали из-за вируса «Аид», и я собирался прикончить его, даже если это будет последнее, что я сделаю.

Я переводил взгляд с одного на другого, прижимаясь спиной к огромному металлическому складу, и мы ждали, пока мимо пронесутся прожекторы. Теперь весь лагерь гудел, солдаты сновали влево и вправо, показывали людям наши фотографии и охотились за нами. Они знали, что мы убегаем от них, и, без сомнения, охрана вокруг заборов была бы безумной, но у нас не было выбора. Мы должны были использовать свой шанс и надеяться на лучшее.

Ветер донес до нас запах дыма, и я напряг слух, прислушиваясь, когда крики солдат стали громче, раздались приказы, и мимо нас пробежали мужчины и женщины в форме, все они направлялись в одном направлении.

Происходило что-то новенькое.

Я случайно выглянул из нашего укрытия, когда мимо пробегал отряд, и мои брови поползли вверх, когда я заметил оранжевое зарево, освещающее небо вдалеке.

— Ты думаешь, твой дядя может иметь к этому какое-то отношение? — Пробормотал я, прячась из поля зрения и глядя на Киана.

— Ему действительно нравится разводить костры, — согласился он как раз в тот момент, когда воздух пронзил пронзительный свист, и я запрокинул голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как в небе взорвался огромный красный фейерверк.

— Что за черт? — Пробормотал Блейк, но Киан только рассмеялся.

— Да, с Найлом точно все в порядке. Пора нам убираться отсюда к чертовой матери.

— Тогда пошлите, — рявкнул Сэйнт, протискиваясь мимо меня и выглядывая из нашего укрытия, а затем побежал по дорожке снаружи.

Я рванулся в погоню за ним вместе с остальными прямо рядом со мной, в то время как небо над головой освещалось все новыми и новыми фейерверками.

От солдат, пытавшихся взять ситуацию под контроль, исходило столько шума, что я даже не заметил звука шагов впереди нас, пока мы не завернули за угол прямо перед забором.

Нас занесло и мы остановились в грязи, столкнувшись лицом к лицу с тремя солдатами, которые некоторое время удивленно смотрели на нас, прежде чем, казалось, узнали в нас парней, которых они искали.

Тот, что был в центре группы, открыл рот, чтобы что-то сказать, но Киан взревел и бросился вперед, повалив его в грязь, даже не сбившись с ритма.

Мельчайшая мысль о том, насколько это чертовски безумно, промелькнула у меня в голове, но когда ближайший ко мне солдат потянулся за своим оружием, я ударил его кулаком по локтю, чтобы остановить, а мгновением позже мое плечо врезалось ему в живот, когда я повалил и его на землю.

Сэйнт и Блейк набросились на третьего солдата, а я потерялся в клубке летящих кулаков, ледяной грязи и отчаяния, когда мы боролись изо всех сил, чтобы одолеть их.

Это не было похоже на драку с каким-то случайным чуваком в уличной драке, у этих мужчин была подготовка, и они знали, как драться. Но они также были застигнуты врасплох и были обременены своей громоздкой униформой, в то время как у нас было преимущество в борьбе за наши проклятые жизни. Отчаяние было мощным инструментом, когда его использовали с толком, и не было большей мотивации, чем наша потребность сбежать из этого места и вернуться к нашей девочке.

Мои ребра вспыхнули от боли, когда парень подо мной бил кулаками и лягался, его удары были тяжелыми и предназначались для нанесения ран, но я был большим ублюдком, который годами тренировался драться. У меня было преимущество перед ним, и мы оба поняли это в один и тот же момент.

Я сильно ударил его, затем ухитрился обхватить рукой его шею, перевернул на живот и, оказывая давление, ударил коленом в позвоночник.

Бросив взгляд направо, я увидел еще одного солдата, лежащего без сознания в грязи, а мгновение спустя Сэйнт приставил пистолет к голове парня подо мной.

Он мгновенно перестал сопротивляться, и я отстранился, забирая у него оружие, когда поднялась на ноги, обнаружив, что Киан удерживает другого солдата, а пистолет направлен и ему в голову.

— Ты убедишься, что мы выберемся отсюда, — прорычал Сэйнт, показывая мне, чтобы я взял прижатого ко мне солдата, и я заломил ему руки за спину, крепко сжимая их, когда вкус крови из разбитой губы покрыл мой язык.

— Ты же не можешь всерьез верить, что сможешь сбежать из этого места? — откашлялся солдат.

— Я могу, и мы сделаем это, — заверил его Сэйнт. — Это вы бредите, если искренне верите, что мы просто позволим вам запереть нас в какой-нибудь лаборатории для экспериментов.

— Я уверен, что это не так, — сказал солдат, которого удерживал Киан. — Они просто хотят расспросить вас о ваших антителах.