Его глаза горели разрушительной силой, которая могла раздавить ее в считанные мгновения, и я пожелала ему довести дело до конца. — Назови мне хоть одну причину, почему я не должен прикончить тебя.

Я наклонилась, подхватывая Кошмар с пола и немного успокаиваясь, когда он замурлыкал у меня в руке. Я направила его на Валентину с болью мести в сердце. Она была причиной смерти Пейдж. Она впустила сюда этих монстров и бросила меня им на растерзание, счастливая видеть, как я умираю.

— Если бы ты только попробовал наши методы, — прохрипела Валентина, с ненавистью глядя на меня, и ее правда была раскрыта. — Выпей из нее, и ты увидишь, какое наслаждение мы можем получить от них. Охота — это то, для чего мы созданы.

Группа кусачих напала на нас, и сильные руки схватили меня за плечи, оттаскивая назад. Я не думала, не чувствовала, когда развернулась и ударила Кошмаром между ребер вампирши. Она превратилась в пыль, но через несколько секунд на меня набросилась другая. Я наносила удары, пока Кошмар нашептывал ободрения в моей голове, подгоняя мои движения, говоря мне наносить удары так и этак, хотя мои удары не были точными и смертоносными, как мне было нужно.

Через мгновение я была сокрушена, и мужчина развернул меня лицом к Эрику, а его рука крепко сжала мою челюсть.

— Отпусти единственную истинную королеву! — потребовал мой похититель, и Эрик свирепо посмотрел на него, сильнее сжимая горло Валентины.

— Освободи мою жену, или я убью вас всех. И я сделаю это невыносимо мучительным.

Мое сердце сжалось от слов Эрика, а отметина на моей ладони горела, как будто солнечный луч врезался в мою кожу.

— Отпусти Валентину, — крикнула кусачая самка, схватив меня за запястье и поднеся его ко рту. Ее клыки задели мою кожу, и глаза Эрика вспыхнули яростью. Он швырнул Валентину на пол, ее голова ударилась о плитку, прежде чем он бросился ко мне.

Кусачие перехватили его, но его сила была чистой и дикой. Он разорвал их на куски, как будто они были не более чем куклами, их крики смолкли, когда их тела разорвались на части, и пепел закружился у ног Эрика. Все произошло так быстро, что я и глазом моргнуть не успела, как пепел моего похитителя закружился вокруг меня.

Эрик обернулся, чтобы найти Валентину, но ее уже не было на полу, где он ее оставил, сучка сбежала.

— Будьте прокляты, боги, — прорычал он, беря меня за руку и притягивая ближе.

Кусачие твари снова окружили нас, заняв место тех, кого он убил, и Эрик повел плечами, его прекрасная одежда была испачкана пеплом, предупреждая их о смертях, которые он уже принес.

Я знала, что должна найти Келли, но не было никакого способа преодолеть натиск, не пробившись вперед.

Я сжала Кошмар в своей ладони, и Эрик предостерегающе зарычал нашим врагам.

— Помните, что она сказала, — мужчина обратился к группе. — Задержите принца, но девушка наша.

Как один, они бросились к нам, немедленно оторвав меня от Эрика. Адреналин хлынул через меня, когда я нанесла удар Кошмаром, задыхаясь, когда мне удалось вонзить его в женский бок и снова выдернуть. Мое сердце екнуло, когда она схватила меня за волосы, запрокидывая голову назад и швыряя на пол. Я быстро перекатилась, когда она попыталась прыгнуть на меня, проползая сквозь море ног, затем выпрямляясь.

Эрик столкнулся со мной, когда четверо кусачих набросились на него, и я в тревоге споткнулась, схватившись за его пиджак, чтобы удержаться на ногах. С криком гнева я полоснула Кошмаром по лицу кусающего, державшего его за руку, и он отшатнулся, крича, когда из его глаза хлынула кровь.

Эрик швырнул женщину на пол, сильным ударом ноги проломив ей голову. Его следующая жертва была разделена на части только его руками и оставлена в виде окровавленной кучи.

Я прикончила всех кусачих, которые лежали, скорчившись, у него на пути, цепляясь за свои бессмертные жизни под ним, пронзая их сердца и опустошая их тела, когда пепел скапливался у наших ног, а энергия бушевала в моей крови и пробуждала часть меня, которая процветала в борьбе.

Уничтожь их всех, Дитя Луны.

Кошмар был охвачен битвой, каждая смерть заставляла его мурлыкать и вздыхать. Это было то, о чем говорил Джулиус, моя кровь истребительницы делала меня подготовленной к этой битве, и я знала, что клятва, о которой он говорил, могла только сделать меня сильнее.

Эрик расправился с последними двумя с чудовищной жестокостью, обезглавив одного и сломав позвоночник другому, как будто это была не более чем ветка в его руках. Кровь покрывала его с головы до ног и непрерывным потоком стекала с рук, разбиваясь о кафель, а отрубленная голова свисала с его кулака.