— Ага, — сказал он, поворачиваясь ко мне спиной и направляясь к деревьям. Я побежал за ним, поравнявшись с ним, и он бросил на меня сердитый взгляд. — Теперь можешь отваливать. Я разберусь с этим мудаком.

— Мне нужно задать ему несколько вопросов, — прорычал я. — Так что ты можешь отдать мне этот телефон и отвалить сам.

Он сжал его крепче и одарил меня взглядом, который говорил, что без борьбы этого не произойдет. — У меня у самого есть к нему несколько вопросов.

— Ну, тогда, я думаю, мы охотимся на него вместе, брат, — сказал я с язвительной ухмылкой.

— Зачем ты это делаешь? — пробормотал он.

— Что? — Спросил я.

— Всегда называешь нас братьями или по прозвищам, как будто мы все еще твоя семья, — ледяным тоном сказал он.

— Потому что, в отличие от тебя и других ублюдков, я не игнорирую прошлое и не веду себя так, будто мы всегда были врагами. Я все еще владею несколькими осколками ваших сердец, и мне нравится выворачивать их, чтобы заставить вас всех истекать кровью, когда могу.

— Приятно это знать, — вздохнул он, как будто ему было все равно, а может быть, и нет. Но ведь я этого хотел, верно? Видеть, как Фокси вышвыривает еще одного из своих парней, словно тот был никем, точно так же, как он вышвырнул меня. И все же теперь, когда я смотрел на своего старого друга, это было не так уж здорово. Он выглядел… опустошенным. Той самой пустотой, рабом которой я был слишком много лет. Отличный способ испортить настроение, Эйс. С тобой неинтересно.

Я решил, что отвести взгляд — лучший вариант, и сосредоточился на текущей задаче. Я не собирался плакать из-за него, как маленькая сучка. Все было так, как было. Чейз стал еще одной жертвой в нашей так называемой нерушимой семье, одиночкой, у которого нет дома, которому некуда идти и которого некому любить. Это было то, с чем столкнулся я, с чем столкнулась Роуг, а теперь и он оказался обременен этим. Три отверженных. Мы могли бы создать группу. Жаль, что я ни хрена не умел играть на гитаре, а вокальные данные Роуг оставляли желать лучшего.

— Тогда поторопись, если идешь, — потребовал Чейз, ускорив шаг. — Его заберут в любую минуту, а я устал от этой охоты. Я готов пролить кровь.

— Тогда пошли, Эйс. — Я хлопнул его по плечу, подталкивая вперед с такой силой, что он чуть не упал, и ухмыльнулся ему, когда он бросил на меня свирепый взгляд.

Мы бежали по лесу бок о бок, и мне вспомнилось, как мы детьми играли в деревьях за «Карнавал-Хилл», устраивали бои на мечах из палок и строили вигвамы в подлеске. Хорошие, блядь, были времена. Жаль, что они канули в лету. А может, мне было наплевать.

Мы добрались до дороги, но держались под прикрытием деревьев, когда бежали вдоль шоссе в поисках своей цели. Мой разум обострился, когда я приготовился расправиться с нашей добычей, мои пальцы покалывало от потребности в насилии.

Когда мой взгляд упал на идущего парня, который смотрел на свой телефон, прежде чем отчаянно уставиться на дорогу, на моих губах появилась злая усмешка.

Мы с Чейзом отошли под прикрытие большого дерева в нескольких футах от него и посмотрели друг на друга, вынужденные действовать сообща.

— Я привлеку его внимание, а ты хватай его, — прошептал он, и поскольку я предпочитал быть нападающим в этом плане, я не жаловался на то, что он мной командует.

Я кивнул, и он проскользнул вокруг дерева в направлении дороги, пока я крался в тени рядом с нашей целью.

Чейз резко свистнул, и парень развернулся в его сторону, поднимая пистолет, но я уже был на нем сзади, моя рука зажала ему рот, а пальцы вырвали оружие из его хватки. Я швырнул его в лес и потащил его назад, в темноту, пока он бился, как животное.

Чейз последовал за ним, проверяя карманы парня и забирая у него бумажник и телефон, а также нож, спрятанный у него на ноге. Он наступил на телефон, чтобы убедиться, что все следы на нем надежно уничтожены, и вытащил наличные из бумажника парня, прежде чем зашвырнуть его подальше в деревья. Теперь это будет выглядеть как очередное ежедневное ограбление, когда копы найдут тело.

Когда мы отошли достаточно далеко от дороги, я крепко сжал его руки за спиной и позволил ему кричать все, что ему заблагорассудится. Здесь его никто не услышит, это была ничейная земля, так что мы могли делать все, что нам нужно, чтобы получить информацию.

— Где Шон Маккензи? — Чейз задал именно тот вопрос, который у меня был к этому куску дерьма.

— Я не знаю, — выдохнул он, и кулак Чейза врезался ему в живот.

Я крепче схватил парня, когда Чейз навалился на него, и его глаза наполнились демонической яростью, когда он атаковал «Мертвого Пса».

— Где Шон Маккензи? — Чейз снова зарычал, когда парень застонал и сплюнул кровь на землю.

— Я не знаю, — сказал он, задыхаясь.

— Твоя жизнь за его имя, — сказал я ему на ухо, и он прерывисто вздохнул, а затем отрицательно покачал головой.