Наблюдая за ней за завтраком, Данте не мог отвести от нее глаз. Она казалась такой… хрупкой. Это было странно. Учитывая, что ее отцом был Филипп Льюис, он полагал, что она перенесет его манеру манипулировать людьми. Но она не показалась ему такой, что было странно. За те восемь месяцев, что они были женаты, Ария не была трудной. Она не создавала проблем. Она играла роль идеальной жены. На самом деле, его отец гордился бы ею, если бы дал ей шанс, но Данте знал, что этого никогда не случится.

Ария была не той женщиной, на которой его хотели женить.

Данте не хотел ни на ком жениться. Он знал, что придет время, когда родители найдут ему невесту. Он не знал точно, злится ли его отец на то, что выбор пал на него.

Филипп Льюис, кроме того, что был засранцем, все еще оставался сыном Босса. Это открывало потенциальные двери и создавало новый альянс. Только не тот, которого они ожидали.

— У вас с мамой был брак по расчету, не так ли?

— Сынок, в нашем мире редко у кого нет брака по расчету, — сказал его отец.

— Когда ты понял, что любишь ее? — спросил Данте. Его родители были странной парой.

Он знал о первых днях брака своих родителей. Его отец завел любовницу и крутил с ней. Данте никогда не обращал особого внимания на то, когда все это изменилось, но в какой-то момент отец поменялся. Он бы знал, что у его отца была любовница сейчас, и за все годы, что он работал на него, Данте-старший даже не смотрел на другую женщину. В отличие от многих мужчин семьи Пеши, его отец не бил и не обижал свою жену. У них были любящие отношения.

— Ты же не хочешь сказать мне, что влюбился в девушку Льюиса? — спросил отец.

— Нет. Не собираюсь.

Он не мог отрицать, что жена его заинтриговала. Ее отец заманил его в ловушку этого брака, и из-за этого он ненавидел ее.

Сейчас его интересовала она.

Она ужасно боялась его и, по ее собственному признанию, ненавидела их брак, но все же нашла в себе силы противостоять ему. Это была одна из самых больших ее ошибок, потому что теперь ему было любопытно, что с ней.

— Просто интересовался тобой и мамой.

Данте-старший усмехнулся. Он положил руку на плечо сына, и они вышли из кабинета, чтобы уборщики могли приступить к работе.

Не останавливаясь, они направились к лифту.

— Твоя мать считалась самой красивой женщиной в семье Пеши, а я в то время был животным. Я хотел заслужить свой титул капо, и чем быстрее я это сделаю, тем лучше. Я убивал первым, а вопросы задавал потом. Я заключал сделки, зарабатывал свой титул, а в награхду получал твою мать. Наша брачная ночь была катастрофой. Девственницы — это ценное достояние, но… они бесполезны для мужчины, который не был создан для нежности.

Данте не мог не думать о своей собственной брачной ночи. Это был кошмар. Ария лежала рядом, хотя он чувствовал ее боль. Она была суше, чем любая женщина, с которой он когда-либо был. Именно поэтому он использовал для нее смазку.

В тот момент он не мог не задаться вопросом, каково это — быть с женщиной, которая тоже хочет быть с ним. Не просто с женщиной, а с Арией, которая бы обняла его, прижалась к нему, притянула к себе, умоляя его о члене. Он выкинул эти мысли из головы, потому что этого никогда не случится. Ни с ним, ни с ними. Ария не хотела его.

— Это не предвещало ничего хорошего для начала нашего брака. Твоя мать боялась меня, и это также означало, что я не был готов сделать так, чтобы она не боялась. Я был молодым, придурком и думал, что знаю все лучше всех. Мы не очень хорошо взаимодействовали. Твоя мать была мне не по зубам, и, как ты знаешь, я находил утешение в другом месте. Я был рядом с любой женщиной, которая хотела заполучить меня. Мне было все равно, кто она и что сделала. Она была моей, и я хотел ее. Потом… твоя мать забеременела тобой, и однажды я вернулся домой с работы и обнаружил, что она привязана к стулу, а одна из женщин, с которыми я спал, направила пистолет на ее округлый живот. У твоей матери на лице была кровь. Эта женщина — я даже не помню ее имени — избила ее, а теперь собиралась убить прямо у меня на глазах. В тот момент, столкнувшись с тем, что мою жену чуть не убили, я понял, что не могу этого допустить. Я полюбил ее, и в этом была моя собственная вина. Все мои ошибки привели нас на этот путь. Я не очень хороший человек, Данте. Я пытался им стать, но у меня ничего не вышло. Один из солдат успел прицелиться и мгновенно убил эту суку. С того момента я поклялся, что никогда не прикоснусь к другой женщине, и не прикоснулся. Разница между твоей матерью и твоей женой в том, что моя была подарком. Ария — всего лишь шантаж, и однажды ты избавишься от нее.

— Не могу поверить, что мы даже не подумали созвониться, — сказала Ария.

Она лежала на кровати и крутила шнур телефона, чувствуя себя старомодной школьницей из романтического фильма восьмидесятых.

Изабелла хихикнула.

— Я знаю, да. Я хотела позвонить тебе, кажется, целую жизнь, а сегодня подумала: «какого черта?».

Они разговаривали по телефону уже целый час.

— Мне скоро нужно будет идти и укладывать детей спать.