Я сползаю с него и делаю, как мне говорят. Он уходит, но через несколько мгновений появляется снова и втирает что-то охлаждающее и успокаивающее в мои ягодицы. Хотя это и приятно, мне всё ещё больно и я злюсь на него. Выжатая, но в то же время отчаянно нуждающаяся в нем.

«Ты молодец, солнышко», — тихо говорит он. «Твоя задница выглядит еще красивее после шлепка».

Я не отвечаю.

«Не могу дождаться, когда смогу воспользоваться своим веслом и хлыстом», — говорит он со стоном, сжимая мою задницу. «Не могу дождаться, когда увижу тебя в полосах от рубцов».

Неожиданные слезы наворачиваются на глаза, и я отворачиваюсь, но он снова поворачивает меня к себе.

«Не дуйся».

«У меня болит задница!»

Он выгибает бровь, и я уверена, что вижу ухмылку на его губах. Мудак! «Это было наказание. Это должно было быть больно».

«Ты уже шлепал меня раньше, и мне никогда не было так больно».

«Но это ведь первый раз, когда я тебя наказываю, да? И ты подумаешь дважды, прежде чем снова говорить о себе плохо?»

Я сжимаю губы, отказываясь так легко сдаваться.

«Ответь мне, Миа». Его рука сжимает мою нежную плоть.

«Да, сэр», — выдыхаю я.

«Значит, тогда наказание сработало», — ухмыляется он.

«Поправка?» — огрызаюсь я на него, раздражение покалывает меня под кожей. «Ты заставляешь меня чувствовать себя как собака».

Все веселье на его лице исчезает, сменяясь кипящим гневом, который вибрирует во всех его частях. Я с трудом сглатываю, и мой пульс подскакивает по крайней мере на полдюжины передач. Лоренцо Моретти — жестокий и опасный человек, и я играла с его последним нервом. Моя кровь стынет в жилах, когда я готовлюсь к очередному наказанию.

Но он отталкивается от кровати и идет к шкафу. Я пристально смотрю, как он достает два огромных одеяла и начинает расстилать одно на полу возле кровати.

«Ты думаешь, я обращаюсь с тобой, как с собакой?» Его тон спокоен и собран, но он настолько холоден, что заставляет меня дрожать.

«Я никогда не говорила…» Я снова сглатываю. Сердце колотится в ушах.

Он кивает на одеяло на полу. «Здесь спит моя собака».

Я моргаю. «Ты предлагаешь…?»

«Собаки не спят в моей постели. Хочешь обвинить меня в том, что я обращаюсь с тобой как со своим питомцем, тогда я покажу тебе, каково это. Пол. Сейчас же!»

У меня перехватывает дыхание, когда я смотрю на него. Он говорит серьезно. Мне стоит послать его к черту. Может, использовать мое стоп-слово? Это зашло слишком далеко. Так почему же я выскальзываю из кровати и ложусь на одеяло на полу? Потому что это похоже на испытание. С ним все кажется испытанием, и я не хочу провалиться так скоро.

Слезы щиплют глаза, и я проглатываю эмоции, сжимающие горло. «Неужели мне даже не дадут подушку?»

Он накрывает меня вторым одеялом, и хотя он зол, и это наказание, он делает это так нежно, что это заставляет меня чувствовать себя еще более эмоционально. «Моя собака даже не хочет одеяла». Затем он забирается в кровать, не говоря больше ни слова.

Я закидываю руки за голову и смотрю в потолок. Одеяла толстые и мягкие, но они мало что могут сделать, чтобы сгладить твёрдость дерева подо мной. Это не худшее место, где я когда-либо спала, но спать на полу — не самая сложная часть, по крайней мере, для меня. Больно от того, что я не рядом с ним. Не иметь возможности вообще к нему прикоснуться, когда я засыпаю, вот настоящее наказание. И я уверена, что этот придурок это знает.

Я слушаю его ровное дыхание, пока лежу в темноте. Нуждаюсь в его прикосновениях. Мокрая от его поддразниваний в машине и даже от шлепков. Его руки на любой части моего тела заставляют меня тосковать по нему. Он проснулся? Держу пари, он крепко уснул, как только его голова коснулась подушки. Поправка: высокомерный придурок! Моя спина начинает болеть, и я переворачиваюсь на бок.

«Сэр?» — шепчу я.

«Да?» Его глубокий успокаивающий голос словно нож прорезает густое напряжение.

Я улыбаюсь, потому что он не спит, как и я. Скучает ли он по моим прикосновениям так же, как я по его? «Я плохая саба?»

Он втягивает воздух, и мое сердце останавливается, пока я жду его ответа. «Нет, просто неопытна».

Я улыбаюсь шире. «Сэр?»

"Да."

"Мне жаль."

«Я знаю. Поспи немного».

* * *

Шаги вырывают меня из моего прерывистого сна. Мне потребовалось несколько часов, чтобы наконец задремать на этом чертовом полу. Открыв глаза, я вижу Лоренцо, полностью одетого в свой костюм и галстук. Он приседает рядом со мной. Клянусь, если он погладит меня, как собаку, я укушу его, как собака.

Но он этого не делает. Он подхватывает меня на руки и аккуратно кладет на кровать. «Что ты делаешь?»