— Мне нужно покончить с этим до открытия. Я не хочу попасть на CNN или типа того, — жуя сэндвич, заявила Лили.

Марк доел свой бутерброд и, откинувшись на спинку стула, потёр руками лицо.

— Значит, у нас есть целый день, чтобы все спланировать, — вздохнул он.

Лили кивнула.

— Целый день.

— Почему мы всегда все делаем в последнюю минуту?

— Мы — нет, — поправила она его, указав на себя с Кингсли. — Это из-за тебя мы потеряли кучу времени, потому что ты скрывал информацию. Мы могли бы поехать в Нью-Йорк прямо из Колумбии и все это время готовиться.

— Как же ты меня... раздражаешь, — прищурившись, ответил он.

Лили послала ему воздушный поцелуй.

— Что ж, дорогие мои, с вами, конечно, весело, но уже почти полночь, и мне совсем не хочется превращаться в тыкву. Итак! Я собираюсь немного расслабиться. Держите оборону, ясно? — проинструктировал их Кингсли, надев пиджак.

— Ты шутишь?! Разве не ты только что трахнул какую-то цыпочку? — удивленно спросила Лили.

— Как грубо, любовь моя, ты же знаешь, как я это не люблю. Я занимался страстной любовью с одной восхитительной разведенкой, которой, честно говоря, это было просто необходимо. А вот теперь я собираюсь «трахнуть парочку цыпочек». Пока, — сказал он, затем вышел из комнаты.

— Он такая шлюха, — проворчала Лили, глядя, как он спускается по лестнице.

Сзади послышалось какое-то движение, и она поняла, что у нее за спиной стоит Марк.

— Ответь мне на один вопрос, — начал он и, взяв ее за плечи, медленно развернул к себе. — Как это произошло?

Лили посмотрела на то место, которое сейчас поглаживали его пальцы. На ней были только обтягивающие шорты для бега и спортивный лифчик. Марк касался ее шрама, того самого, который заметил ещё в Майами, когда взгромоздился над ней на кровати. Она подняла руку и спустила с плеча бретельку.

— Вот что бывает, когда отвлекаешься, — усмехнулась она, проводя по шраму пальцами. — Мы тренировались с ножами.

— Подожди... так это случилось не на работе? — в голосе Марка мелькнуло удивление, и он наклонился ближе, чтобы рассмотреть рану.

— Нет. Тогда мы еще находились в Таиланде. Я нашла в спортзале Кингсли этот крутой нож. Ну, знаешь такие маленькие острые ножи с толстыми ручками?

— Господи, их называют метательными.

— Заткнись. Да, я нашла его метательные ножи. Он застукал меня, когда я с ними дурачилась — я ведь его даже не спросила, — продолжила она.

— Так это сделал Кингсли?! — почти прокричал Марк.

— Он не нарочно. Его бесило, что я играю с оружием, с которым не умею обращаться. Поэтому он преподал мне спонтанный урок. Я сама виновата — должна была наклониться вперед, а вместо этого повернулась назад. Кингсли не собирался меня калечить. Если честно, он ужасно расстроился. В общем, я стояла с торчащим из плеча ножом, а он сходил с ума. Мне даже самой пришлось его вытаскивать, — усмехнулась она.

— Это полный пи*дец.

— Да ладно, как будто с тобой не случалось ничего подобного. Зато теперь я виртуозно управляюсь с ножом.

Марк долго смотрел на шрам, потом его взгляд скользнул по ее телу. Лили стояла неподвижно и никак ему не препятствовала.

— Я был таким идиотом, — пробормотал Марк, коснувшись огромного уродливого синяка, оставшегося у нее на ребрах от выстрела из дробовика.

— Немного. Но, эй, это одна из черт, которые мне в тебе нравятся, — поддразнила его она.

Марк фыркнул.

— Потому что благодаря этому ты кажешься умнее.

— Точно.

Внезапно Марк к ней наклонился, и ей на затылок легла его рука. Не успела Лили опомниться, как он поцеловал ее в висок и прошептал ей на ухо:

— Хватит болтать. Иди спать.

Затем он зашагал по коридору и, расстегивая на ходу ремень, исчез в отведенной ему комнате.

Лили медленно последовала за ним, потом прислонилась к дверному косяку и стала смотреть, как он снимает ботинки и джинсы.

— Тебе это не кажется странным? — спросила она.

Он взглянул на нее.

— Что?

— Да всё. Две недели назад я изо всех сил пыталась себя убедить, что ненавижу тебя.

— Две недели назад я изо всех сил пытался себя убедить, что наводить о тебе справки — это плохая идея.

— Серьезно?

— Да. И оказался прав — это было бы напрасной тратой времени. Ты сама меня нашла.

— Если я его застрелю, и мы выберемся из всего этого живыми, ты просто уйдешь?

Бум. Взорвалась бомба. Лили не собиралась этого спрашивать. Все шло хорошо, им удалось достичь своего рода негативного пространства. Они могли разговаривать, флиртовать, вести себя как друзья. Но этот вопрос крутился где-то в глубине ее сознания и теперь вырвался сам собой.