Но из-за нехватки кислорода у нее кружилась голова, и встать Лили так и не смогла, поэтому Дамиано просто взял ее на руки.

Она не очень поняла, когда точно это произошло, но в какой-то момент к их маленькой вечеринке присоединился Марк. Последовала небольшая перепалка относительно того, кому нести Лили, но раздавшаяся неподалеку редкая стрельба быстро решила эту проблему. Дамиано побежал в заднюю часть дома, а Кингсли с Марком его прикрывали.

Мозг Лили никак не мог прийти в согласие с телом. Она знала, что не должна дергаться, что ей следует успокоиться и постараться дышать. Но ее тело было категорически против. Оно вертелось, двигалось и паниковало, опасаясь, что каждый вдох может стать последним, нервничая, что Лили все еще не нашла пулевое ранение.

Людей в доме было немного — нападение произошло спонтанно, так что фактически ни о каком плане говорить не приходилось. Все просто высыпали во двор. Дамиано пинком распахнул заднюю дверь, и они выбежали в переулок.

Они пробежали без остановки около шести кварталов, все время петляя по району сквозь задние дворы и переулки. За одним из домов стоял старый гараж, и Марку удалось открыть дверь. Парни отправились осматривать дом, а Дамиано отнес ее в гараж и, поставив, наконец, на землю, прислонил к стене.

— Как ты? Можешь дышать? — всматриваясь ей в лицо, спросил он.

Лили стиснула зубы.

— Да. Во всяком случае, мне уже лучше. Что, черт возьми, произошло?! — спросила она, прижав обе руки к левой стороне ребер.

Именно это место и было эпицентром боли.

— Это были «погремушки» двенадцатого калибра. Они применяются для борьбы с массовыми беспорядками, я держу их в доме для... проведения допросов. Можно мне приподнять твою рубашку? — спросил он, хотя его руки уже потянули за ткань (Прим. Погремушки (англ. Bean-bag rounds — дословно «пули-бобы-в-мешочке») — специальная упаковка (похожая на мешочек, заправленный в гильзу), предназначенная для стрельбы из ружья 12-го калибра, наполненная свинцовой дробью, весом 40 грамм. Это оружие считается в США нелетальным, хотя раньше были случаи со смертельным исходом)

Лили кивнула и, как могла, подняла руки.

— «Погремушки»? — она даже не знала, что это такое.

— Да. Вместо патронов из этого дробовика стреляли свинцовыми шариками. С той же силой. Прошу прощения, — сказал он.

— За что-о, мой грёбаный бог! — простонала она, когда его рука надавила ей на ребра.

Лили крепко зажмурилась, и в глазах замелькали черные точки.

— Хорошая новость в том, что ребра, по всей видимости, не сломаны. У тебя будет очень большой синяк и некоторое время он поболит, — предупредил ее Дамиано, затем вернул рубашку на место.

— Замечательно. А я-то думала, что меня подстрелили, что я умерла, — вздохнула она, проводя пальцами по волосам.

— Тебе очень повезло.

— Я стою кучу денег. Он пытался получить обещанное за меня вознаграждение.

Лили поняла, что он внимательно на нее смотрит и, наконец, замерла.

— Ты очень храбрая женщина, — заметил он.

Лили улыбнулась.

— Я просто делаю свою работу.

— Я заключаю с тобой перемирие. Ты оказалась права. Отныне Станковскому закрыт путь во все части Южной и Центральной Америки. Что бы ты для него не задумала, я к твоим услугам. Если что-то потребуется, я тебе это достану, — заверил он ее.

— Хорошо. Потому что нам много чего понадобится.

Не успела она уточнить, что именно им понадобится, как дверь гаража распахнулась. В помещение ворвался Кингсли и направился прямо к ней. Следом за ним вошел Марк и медленно закрыл за собой дверь.

— Ты в порядке?! — спросил британец и, не дождавшись ответа, заскользил руками по ее телу.

— Я в порядке, это были просто «погремушки», — заверила она его.

— Погремушки?!

Дамиано объяснил ему, что это значит.

— Я в порядке. Даже ребра не сломаны, но пи*дец как больно, — натужно рассмеялась она.

— Мне ужасно жаль, дорогая.

Только Лили подняла глаза, чтобы взглянуть на Марка, как Кингсли резко повернулся к нему и размахнулся кулаком. Он отвесил Марку в челюсть мощный хук справа, и оба мужчины закружили по гаражу. Они врезались в стену и схватили друг друга за грудки.

— Из-за тебя она чуть не погибла, чертов ты идиот! — заорал Кингсли.

Лили обалдела. Она никогда раньше не видела его таким рассерженным, и не знала, как к этому относиться.

— Я это знаю! Но она не мертва, а ты как раз тот, кто ей потворствует! Это ты таскал ее по всему чертовому миру, втягивая в такие ситуации! Именно от этого я и хотел ее уберечь! — крикнул в ответ Марк и врезал Кингсли коленом в живот.