Миша опустила голову на спинку диванчика и попыталась отдышаться. Она прижала руку к груди и глотнула воздуха. А она-то думала, что вечер предстоит скучный. Пудрить мозги международным партнерам, болтать о страховке, пытаться рассказывать плохие шутки на ломаном итальянском. Кончить посреди переполненного ресторана не входило в план.

Как и сам мистер Канаан.

—Рапапорт!

Миша села прямо. Босс махал ей рукой, направляясь к столику. За ним, улыбаясь и смеясь, следовали мужчины. Миша подавила приступ паники и поспешно одернула платье. Ей удалось встать и обменяться со всеми рукопожатиями. Даже улыбнуться. Ничего толком не сказав.

Одна минута. Если бы он пришел минутой ранее...

Ее босс знал итальянский, и большая часть разговора велась на нем. Миша допила остатки вина и попыталась думать о доме. Вместо этого думала о Тале. О его лукавой улыбке и талантливых пальцах.

Найди меня.

Смелый мужчина. Дерзкий мужчина. Он должен был быть интрижкой на одну ночь. Должен был просто исчезнуть. Разве не этого хотели мужчины? Ночь без обязательств — только секс? Видимо он не из таких. Что же, это именно то, чего хотелаона. Больше ничего. Верно?Верно!?

Найди меня.

Она не хотела бытьтакойженщиной. Женщиной, которая заводит роман на стороне. Ведет себя скандально, в то время как ее муж остается в полном неведении в другой стране. Какое убожество. Какой ужас.Какое клише. Она не хотела причинять Майку еще больше боли, уже достаточно плохо рассказать ему обо всем. Неужели она действительно хотела добавить себе в котел больше грехов?

Найди меня.

— Извините, — пробормотала Миша, выбираясь из кабинки. Только что принесли закуски. До ужина у нее было время. Она улыбнулась, выражая признательность, и вышла из-за столика.

Найди меня.

Решение было принято, она не имела права голоса. Сопротивлятьсябесполезно. Таль щелкнул включателем, привел ее в действие и запустил в одном направлении. Вегонаправлении. Другого пути и выхода не было. Она не видела ничего, кроме него, не могла думать ни о чем другом.

Миша медленно миновала бар, стараясь сделать вид, что не смотрит. Но его там не было. Несмотря на черты, из-за которых казалось, что он родился и вырос на Средиземном море, Таль на самом деле сильно выделялся. Может быть, из-за роста, может быть, из-за улыбки. Скорее всего, из-за ауры бога секса.

Направляясь в темный коридор, она оглянулась на ресторан. Похоже, ни за одним из столиков он не сидел. Она провела пальцами по волосам и направилась в дамскую комнату. Можно пойти туда и окунуть голову в раковину с холодной водой. Расставить приоритеты. Вспомнить, кто она и что произошло в ту ночь; претворение в жизнь очень плохой фантазии.Безпродолжения. Ей просто нужно помнить об этом.

Но до дамской комнаты она так и не добралась. Из темноты показалась рука и схватила ее. Утягивая в тень. Ее прижали к стене и засунули язык ей в рот. Она провела пальцами по его груди, запустив руки под блейзер.

Что там я должна была помнить?

— Кажется, ты сказала, что все кончено, — выдохнул Таль ей в губы.

— Я так думала, — ответила она, покусывая мочку его уха.

— Теперь не думаешь.

— Нет.

Он прижал ее к себе и потащил по коридору. Они ворвались в комнату, и ее снова прижали к стене. Она задыхалась и стонала, выдергивая его рубашку из брюк. Его руки тоже не бездельничали, двигаясь по ее телу, мяли ее груди, затем вернулись к ее трусикам.

—Scusi!

Миша распахнула глаза и за плечом Таля увидела мужчину, стоящего к ним спиной. Обернувшись через плечо, он смотрел на них с пунцово-красным лицом. Вероятно, потому, что мочился, — он стоял перед писсуаром. Они ворвались в мужской туалет.

Шлюха.

Ей хотелось оттолкнуть Таля, велеть остановиться, попросить пойти в другое место. Но два пальца входили и выходили из нее, так что думать было невозможно. Миша поджала губы, прикусив их, чтобы не шуметь, и похлопала Таля по плечу.

Это меньшее, что она могла сделать.

— Мне очень жаль, сэр, — усмехнулся Таль, бросив взгляд на мужчину, прежде чем снова посмотреть на Мишу. — Видите ли, моя подруга сильно промокла и очень хочет, чтобы ее трахнули. Вы понимаете, как это бывает.

Мужчина что-то затараторил по-итальянски, и Таль даже рассмеялся. Миша не могла в это поверить. Не могла поверить в то, что происходит.

Таль обнял ее за талию и фактически поднял, прижав к себе, а его рука по-прежнему оставалась между ними. Он загнал их в кабинку, затолкал ее в угол и захлопнул за ними дверцу.

Миша никогда в жизни не чувствовала себя такой возбужденной. Она даже не спросила, что происходит, что делать. Когда он сорвал с себя ремень, она стянула трусики. Они упали на пол, и она отшвырнула их в угол. К тому времени Таль приспустил брюки, и они встретились посреди кабинки, врезаясь друг в друга в страстном желании и похоти.