Я избиваю каждый дюйм второго парня, до которого могу дотянуться. Он действительно разозлил меня этим ударом в лицо. Я валю его на землю и бью его снова и снова, пока костяшки пальцев не покрываются кровью. Его приятель хромает и бьет меня в глаз, и я отвечаю ему ударом локтя в лицо.

В этот момент на вопли Рыжей прибежала толпа. Пять или шесть чуваков разъединяют нас, стаскивая меня с ублюдка, бьющего в лицо.

Пока меня удерживают, Джонни пользуется возможностью, чтобы ударить меня в живот. Он выбивает из меня воздух. Если бы мои руки не удерживали, я бы зарезал этого ублюдка. У меня в кармане складной нож. Я не собирался использовать его в безобидной драке, но теперь он меня реально выбесил.

Прежде чем я успеваю освободиться, между нами встает Леви, отталкивая нас обоих назад.

– Ладно, ладно, вы повеселились, – говорит он.

У Леви обесцвеченные светлые волосы и куча цепей на шее. На нем звездно-полосатая ветровка и кислотные джинсы. Я бы сказал ему, что он похож на Ваниллу Айс (американский репер – прим. пер.), но он бы воспринял это как комплимент.

– Если вы хотите продолжать драться, то вам лучше свалить куда-нибудь, – говорит он.

– Я убью эту мелкого засранца! – Джонни ревет, все еще зажимая нос.

– Хорошо, – снова говорит Леви. – Но не здесь.

Он смотрит на меня. Я сплевываю немного крови на траву.

– Ты как? – говорит Леви.

– Я в порядке, – говорю я. – Пойду внутрь.

– Хорошо.

Леви кивает своим приятелям, чтобы те отпустили меня. Я выпрямляюсь, отбрасывая волосы с лица.

– Ты, блядь, труп, Неро, – шипит Джонни, когда я прохожу мимо него.

Я просто улыбаюсь ему с кровью на зубах. Если я буду в плохом настроении, когда увижу его в следующий раз, я перережу ему гребаную глотку без предупреждения.

Я направляюсь в дом Леви, в котором еще жарче, чем снаружи, и слишком много людей. Воздух настолько густой от дыма, что я могу накуриться, просто тяжело дыша.

Мои губы пульсируют. Я направляюсь на кухню, собираясь захватить немного льда.

Кухня Леви – это возвращение в 70-е: сосновые шкафы и холодильник цвета авокадо. Бабушка не делала здесь ремонт, а Леви, черт возьми, это ничуть не беспокоит. Я сомневаюсь, что он хоть раз готовил себе еду в своей жизни. Столешницы завалены полупустыми коробками с едой на вынос.

Я открываю дверцу морозилки. Внутри только пустая бутылка из-под водки. Льда нет совсем, даже на полках.

Я закрываю дверцу. Сквозь грохот электронной музыки слышу раздражающий протяжный голос, слишком знакомый мне. Белла Пейдж вонзает в кого-то свои когти.

Я смотрю на девушек. Эти три злых сучки окружили какую-то девчонку с темными кудрями, стянутыми сзади банданой.

Обычно мне было наплевать, чем занимается Белла. На самом деле, я предпочел бы избегать ее любой ценой. Нет ничего интересного в том, что она практикует свой режим дрянной девчонки – честно говоря, я был бы гораздо более шокирован, увидев, что она занимается чем-то другим.

Но именно их нынешняя жертва привлекает мое внимание.

Камилла Ривера.

Привет из прошлого. Я как будто вернулся на восемь лет назад. Белла нападает на нее, как в старые добрые времена. И точно так же, как раньше, Камилла выглядит так, будто хочет ударить Беллу прямо в глаз.

Я всегда удивлялся, зачем Белла шла на такие большие усилия, чтобы бесить Камиллу. Не то чтобы они соревновались или что-то в этом роде. У Беллы были деньги, одежда, друзья, парни (практически все парни в школе, которые стоили того, чтобы с ними трахнуться, – за исключением меня, хотя не то чтобы она не пыталась). Плюс, объективно говоря, Белла намного сексуальнее. У нее пухлые губы, как у супермодели, длинные ноги и фигура, которую можно описать как «я удалила четыре ребра, чтобы выглядеть такой худой».

Камилла совсем не женственна. Она одевается, как Билли Джоэл в песне «Uptown Girl». Она постоянно в грязи. У нее низкий, хриплый голос, который едва ли сочетается с язвительным тоном Беллы. И она нищая. Ее отец хорошо работает, но никогда не берет достаточно денег. Его автомастерская настолько захудалая, что ее можно использовать как анти-рекламу для бизнеса. Камилла была одной из немногих детей, которые всегда приносили в школу обед с собой, а не покупали в столовой или закусочной. Она носила обед в старых упаковках из-под йогурта, из-за чего Белла придиралась к ней, как и из-за сотни других вещей.

Но больше всего Белла издевалась над Камиллой из-за ее матери.

Все знают, что мать Камиллы работала стриптизершей. Даже когда Камилла была маленькой, ее мать все еще зарабатывала на жизнь стриптизом, когда мы были в Окмонте. Люди обычно бросали в Камиллу долларовые купюры в коридоре. Они говорили, что собираются навестить ее мать в «Экзотике» и спрашивали у Камиллы, какую песню им лучше заказать.