Наступает долгое молчание, пока офицер смотрит на меня. Я не могу прочитать выражение его лица. Он все еще немного улыбается, но я понятия не имею, что означает эта улыбка.

– Где вы живете? – спрашивает он меня.

– На Уэллс-стрит. Над Аксель Авто. Это моя автомастерская – точнее моего отца. Я тоже там работаю.

– Вы автомеханик? – говорит он, глядя на мою одежду.

– Да.

– Нечасто вижу девушек-механиков.

– Сомневаюсь, что вы вообще знаете много механиков, – говорю я.

Это не лучший момент для сарказма. Но меня тошнит от таких комментариев. Особенно от мужчин. Особенно от тех, кто не доверяет мне ремонт своей машины, когда сам не может отличить поршень от свечи.

К счастью, Шульц усмехается.

– Только одного, – говорит он. – Но я думаю, что он меня обдирает.

Тишина затягивается между нами. Я жду, когда он наденет наручники на мои запястья и бросит меня на заднее сиденье своей полицейской машины.

Вместо этого он говорит:

– Аксель Авто на Уэллс-стрит?

– Да.

– Я приду к вам завтра.

Я смотрю на него пустым взглядом, не понимая, что он имеет в виду.

– Отведи брата домой, – говорит полицейский.

Он кладет таблетки в рюкзак и застегивает его. А затем бросает сумку в багажник.

Я все еще стою там, застывшая и сбитая с толку.

– Я могу идти? – говорю я глупо.

– Пока что, – говорит он. – Поговорим подробнее завтра.

Я возвращаюсь в машину, мое сердце болезненно бьется о ребра. У меня во рту привкус металла, и мой мозг кричит мне, что это чертовски странно.

Но спорить не буду. Я тону в беде и приму любой брошенный мне спасательный круг.

Я просто надеюсь, что это не замаскированный якорь.

2. Неро Галло

Сейчас вечер пятницы. Я жду Мейсона Беккера возле старого заброшенного сталелитейного завода на Южном берегу.

Добраться до этого места – целое гребаное путешествие. Завод стоит прямо на воде и настолько огромен, что по размеру больше, чем весь центр Чикаго. И все же он совершенно пустынный – заброшен с 90-х годов, когда сталелитейная промышленность окончательно рухнула.

Большая часть зданий снесена. Знак U.S. Steel все еще висит, только весь покрытый сорняками. Похоже, наступил конец света, и я единственный, кто остался, чтобы это увидеть.

На самом деле, вся эта территория довольно дерьмовая. Не зря это место называют Городом Ужаса. Но именно здесь Мейсон хотел встретиться, так что я приехал.

Он опаздывает, как обычно, блядь.

Когда он, наконец, подъезжает, я слышу его машину раньше, чем вижу ее. Его двигатель стучит. Он водит дрянную старую Супру с большой длинной царапиной на панелях, оставшейся после того, как его бывшая девушка вонзила свои ключи в бок его машины.

– Эй, ты почему так рано? – говорит он, высовывая голову в окно и ухмыляясь мне.

Мейсон высокий и худощавый, с кудрявыми волосами и молниями, выбритыми по бокам.

– У тебя не те свечи зажигания, – говорю я ему. – Вот почему твоя машина звучит как газонокосилка.

– Чувак, о чем ты, черт возьми, говоришь, я только на прошлой неделе поменял их.

– Кто их заменил?

– Фрэнки.

– Ага? Дай угадаю, он предложил тебе сделку.

Мейсон усмехается.

– Он сделал это за сотню баксов и пакет травки. А что?

– Значит, он использовал не те свечи. Вероятно, вытащил их из чужой машины. Тебе стоило обратиться ко мне.

– Ты сможешь это исправить?

– Нет, черт возьми.

Мейсон смеется.

– Я так и думал, что ты так скажешь.

– Итак, – я сползаю с капота своей машины. – Что у тебя есть для меня?

Мейсон вылезает из Супры, открывает багажник, чтобы я мог взглянуть. У него три пистолета FN-57, чудовищная винтовка 50-го калибра и полдюжины пистолетов 45-го калибра в кузове.

Все они разных марок и моделей, серийные номера грубо отшлифованы. Этот товар не так хорош, как тот, что мы привыкли получать от русских, но они не разговаривают с нами сейчас, учитывая, что пару месяцев назад мы убили их босса. Поэтому мне нужен новый поставщик.

Мейсон привозит свое оружие из Миссисипи. В этом штате самые лояльные законы об оружии в стране. Вы можете купить все, что вам понравится, в ломбардах и на выставках, и вам не нужно после этого регистрировать оружие. Итак, Мэйсон просит своих двоюродных братьев собирать все, что нам нужно, а потом доставляет это по магистрали I-55.

– Если тебе не нравятся эти, я могу достать другие, – говорит Мейсон.

– Сколько у тебя двоюродных братьев и сестер? – спрашиваю я его.

– Не знаю. Не менее пятидесяти.