Правильно. Сегодня вечером я чувствую себя немного дико.

Со мной такое случается не очень часто. На самом деле, я не могу вспомнить ни одной ночи, когда я уходила из дома в бунтарском настроении.

Сегодня меня переполняет энергия. Вечерний воздух освежает мое лицо. Даже выхлопные газы ожидающей машины пахнут резко и возбуждающе.

Меня везет Уилсон. Он очень любезен — я думаю, он чувствует себя виноватым за то, что меня «похитили» в его смену. Даже несмотря на то, что я десятки раз говорила ему, что это не его вина.

Он ведет меня в Притцкеровский павильон в Миллениум-парке. Павильон выглядит как огромный хромированный космический корабль, приземлившийся посреди парка. Это причудливо и футуристично, и, на мой взгляд, довольно красиво.

Поскольку павильон используется для концертов под открытым небом, он включает в себя огромную овальную решетку, протянувшуюся над травой, чтобы создать идеальную акустику для прослушивания на открытом воздухе. Решетка усыпана золотыми огнями, и действительно, она отражает звуки струнного квартета, играющего на сцене.

Открытая лужайка уже заполнена тусовщиками. Молодые Послы — это молодежная организация для молодых людей, заинтересованных в карьере на дипломатической службе. На практике там полно детей дипломатов и политиков, желающих заполнить свои резюме для поступления в колледж.

Я была частью этого в течение пяти лет, сначала во Франции, а теперь здесь. Многие дети посещали международные мероприятия, так что я вижу как минимум дюжину знакомых.

Один из них — Жюль, парень из Стокгольма, чей отец — советник Швейцарии. Как только он видит меня, то подходит ко мне с дополнительным бокалом газированного яблочного сока.

— Bonsoir(фр. Добрый вечер), Симона! — говорит он, протягивая мне напиток. — Приятно видеть тебя здесь.

Я уже знала, что он находится в Чикаго. Мама позаботилась о том, чтобы рассказать мне. Жюль — именно тот парень, с которым мне разрешено встречаться — когда мне вообще разрешено встречаться. Он вежливый, уважительный, из хорошей семьи.

На самом деле он также довольно милый. У него грязно-светлые волосы, зеленые глаза, небольшое количество веснушек и идеальные зубы, которые можно получить только после раннего и дорогостоящего стоматологического вмешательства.

Я была влюблена в него пару лет назад, после того как мы оба посетили благотворительный вечер в Праге.

Но сегодня вечером я замечаю, что на самом деле на каблуках я на дюйм выше его. Он вообще выглядит по-детски по сравнению с Данте. Это относится ко всем присутствующим здесь. Данте заставляет даже взрослых мужчин выглядеть мальчишками.

Тем не менее, я улыбаюсь Жюлю в ответ и благодарю его за напиток. Я всегда помню о своих манерах.

— Ты выглядишь… вау, — говорит Жюль, окидывая взглядом открытое зеленое платье. Я сняла куртку и оставила ее в машине с Уилсоном.

— Спасибо, — говорю я.

Обычно я бы покраснела, сожалея о своем выборе в море девушек, одетых так, словно они сошли с каталога Лилли Пулитцер. Но сегодня вечером я чувствую себя собой. Я вспоминаю, как Данте атаковал меня руками и ртом, как будто мое тело было самым соблазнительным из всех, что он когда-либо видел.

Он заставил меня ощутить себя чувственной. Желанной.

И мне это понравилось.

— Фернан и Эмили тоже здесь. Не хочешь посидеть за нашим столом во время ужина? — спрашивает меня Жюль.

Он жестом указывает на сцену, где установлены две или три дюжины накрытых белой скатертью столов с официальной сервировкой и накрытыми корзинками для хлеба, готовыми к работе.

— Я… ах!

Я как раз собиралась сказать «да». Пока не заметила неуклюжую фигуру на краю площадки, стоящую в стороне от огней. Хоть я и не вижу его лица, я сразу узнаю эти пропорции Голиафа.

— Что такое? — спрашивает меня Жюль.

— Мне нужно в дамскую комнату, — резко говорю я.

— Конечно. Она прямо за…

— Я смогу найти! — говорю я.

Я спешу прочь от Жюля, оставляя его стоять там с озадаченным выражением лица.

Я не подхожу непосредственно к Данте. Я иду так, как будто направляюсь к туалетным кабинкам, затем сворачиваю в противоположном направлении, ускользая от амфитеатра к деревьям Миллениум-парка.

Это первый раз, когда я напрямую нарушила правила.

Когда Данте угнал машину со мной на заднем сиденье, это была не моя вина.

То же самое, когда он вломился в мою комнату. Меня нельзя было винить ни в одной из этих вещей.

Но теперь я делаю сознательный выбор покинуть вечеринку и пойти на встречу с преступником в лесу. Это так на меня не похоже, что я едва узнаю себя. Я должна сидеть за столиком с Жюлем и потягивать газированный яблочный сок, как хорошая девочка.

Но это совсем не то, чего я хочу.