— Ты не разочаруешь. Никогда этого не делал, — он придвинулся вперед, к самому краю сиденья. — Но все еще есть проблема с твоим планом ухаживать за этой девушкой.

Я пропустил «ухаживающий» комментарий.

— В чем проблема?

— Женщины не ведут себя так, как ты описал, — он почесал серую щетину на щеке. — Все было бы намного проще, если бы они так делали.

— Нет? Тогда как они себя ведут? — я повторил его позу, наклоняясь вперед. — Что мне нужно сделать, чтобы достичь этой цели? — он всегда учил меня ставить перед собой цели. Это была просто еще одна.

— Женщина не может быть целью, — его тон был поучительным, но его слова не имели для меня смысла. — Не так, как мы использовали этот термин.

— Почему нет? Я изложил четкий план, как добиться того, чего хочу. Эта девушка займется со мной сексом, если я сделаю то, что только что сказал. Таков мой план.

Он вздохнул и потер переносицу.

— Я не знаю, как это объяснить.

— Почему нет? — у меня никогда не было проблем с получением помощи от него раньше.

— Это совсем другое дело.

— Объясни.

— Это просто то, что есть, — его тон изменился, стали заметны нотки раздражения — то, что было новым для меня. — Женщин трудно читать, особенно в контексте, на который ты смотришь.

— Ты расстроился? — я никогда не хотел его расстраивать. Он был моим единственным настоящим союзником.

Он вздохнул и опустил взгляд.

— Нет, просто я не хочу, чтобы у тебя были неприятности, и я пытаюсь найти лучший способ помочь тебе, в то же время дать тебе возможность вырасти. Я просто не хочу, чтобы ты относился к этой девушке как к цели, — он снова привлек мое внимание. — К чему-то, что нужно преодолеть. Ты понимаешь это?

Хотя чтение между строк не было моей сильной стороной, я понял, что папа пытался сказать на этот раз.

— Пап, я бы никогда ничего не сделал без ее согласия.

Он кивнул головой.

— Хорошо. Это... замечательно. Но ты так молод…

— Сколько лет тебе было, когда ты занялся сексом в первый раз?

Он кашлянул.

— Это, ах, это не имеет значения.

Я улыбнулась.

— Моложе меня, не так ли?

Он махнул мне рукой, откинувшись на спинку кресла, и его щеки порозовели, даже в его возрасте он все еще умел стесняться.

— Не твое дело, молодой человек.

Напряжение в комнате ослабло, и по тому, как он сжимал кончики указательных пальцев, я понял, что он намерен мне помочь. Классический папин рассказ.

— Итак, чего не хватает в моем плане?

— Боже, это вызывает некоторые старые воспоминания, — он почти улыбнулся, и дерзкий блеск засиял в его глазах. — Или, как я их называл, — стратегии.

Это было слово, которое я мог понять.

— Сработали ли они?

Полномасштабная улыбка осветила его лицо оранжевым свечением от камина.

— Я заполучил самую красивую женщину в штате Нью-Йорк, твою мать, так что я бы, черт возьми, так и сказал.

Должно быть, так выглядит любовь. Я обратил внимание на тепло, которое наполняло его, когда он вспомнил о моей матери, и записывал его в моем умственном шкафу. Этот взгляд означал любовь. Проверим.

Я был более чем готов к познанию женщины.

— Итак, какова стратегия?

— Когда я расскажу, все будет просто, — он хихикнул. — Но я обещаю тебе, что это не так. Единственная вещь, которая должна быть у тебя перед сексом, — доверие.

Я оторвал руку от Камиллы, хотя для этого потребовалась вся сила воли, которой я обладал. Я перевернулся на спину, слегка толкнув ее, создав узкую полоску пространства между нами, хотя ее рука все еще лежала на моем бицепсе.

Ее глаза широко раскрылись. Камилла дернулась в ответ, отводя от меня руку, словно обожглась.

— Ты прикасалась ко мне, — я не мог сдержать улыбку, расплывшуюся по моему лицу.

— Я просто уснула, — она дернула одеяло и заправила его под подбородок. — Я могла бы сблизиться и с дикобразом, когда была без сознания.

— Но ты этого не сделала. Ты подлизываешься ко мне.

Она подняла голову и просканировала область позади меня.

— Потому что ты на моей стороне кровати. Ты подполз сюда, пока я спала.