- По воле вашего дяди, я предполагаю. - Ведьма помолчала, поворачивая конверт и показывая буквы на письме, нажав на них железным ногтями. - Это говорит Манона Черноклювая. Если ты увидишь что-нибудь подобное снова, принеси мне.

Элида склонила голову. Кроткая, покорная — просто способ, чтобы понравится ведьмам.

- К-к-конечно.

- А почему бы тебе не перестать притворяться быть заикой и беднягой.

Элида стояла, склонив голову достаточно низко, что ее волосы закрывали, надо надеяться, любой проблеск удивления.

- Я пыталась быть услужливой…

- Я почувствовала твои человеческие пальцы по всей моей карте. Это была осторожная, хитрая работа, чтобы не переместить ни одну вещь, не коснуться чего-нибудь кроме карты... Думаешь о побеге, в конце концов?

- Посмотри на меня.

Элида повиновалась. Ведьма зашипела, и Элида вздрогнула, когда та притянула Элиду за волосы к своим глазам. Несколько прядей упали на землю, отрезанные железными ногтями.

- Я не знаю, в какую игру ты играешь — если ты шпион, если ты вор, если ты просто защищаешь себя. Но не делай вид, что ты некая кроткая, жалкая маленькая девочка, когда я вижу, как порочный ум работает за твоими глазами.

Элида не решилась стереть маску с лица.

- Это твоя мать или отец, кто имел отношение к Вернону?

Странный вопрос, но Элида знала, что она должна рассказать, чтобы остаться живой и невредимой.

- Мой отец был старшим братом Вернона, - сказала она.

- А откуда твоя мама родом? - она не даст этому старому горю попасть в ее сердце. - Она была низкого происхождения. Прачкой.

- Откуда она взялась?

Почему это было так важно? Золотые, неуступчивые глаза были устремлены на нее.

- Ее семья была родом из Розамела, на северо-западе Террасена.

- Я знаю где это.

Элида держала свои плечи напряженными, ожидая.

- Убирайся!

Скрывая облегчение, Элида открыла было рот, чтобы попросить прощение, но очередной рев заставил камни завибрировать. Она не могла скрыть свой испуг.

- Это просто Аброхас, - сказала Манона, легкая улыбка появилась на ее жестком рте, немного поблескивал свет в этих золотых глазах. Ее горе сделало Манону счастливой, если ведьмы могли быть счастливы. – И он голоден.

Рот Элиды пересох.

При звуке его имени, массивная треугольная голова, с ужасными шрамами возле глаза, высунулась в гнездо.

Колени Элиды затряслись, но ведьма сразу же подошла к зверю и положила руку с железным ногтями на его морду.

- Ну и сволочь ты, - сказала ведьма. - Тебе нужно, чтобы вся гора знала, что ты голоден?

Крылатый дракон разбушевался в ее руках, его гигантские зубы — о, боги, некоторые из них были железные — так близко к руке Маноны. Один укус, и Лидер Крыла была бы мертва. Один укус, и все же...

Дракон поднял глаза и встретил Элиду. Не смотрел, но встретился, как будто.

Элида держалась совершенно неподвижно, хотя каждый инстинкт ревел в ней, чтобы бежала к лестнице. Дракон подтолкнул Манону, чтобы пройти, пол вздрагивал под ним, и фыркнул в сторону Элиды. Затем эти гигантские, бездонные глаза двинулись вниз, к ее ногам. Нет, на цепь.

Было так много шрамов на нем — очень много жестоких линий. Она не думала, что Манона их сделала, не с тем, как она разговаривала с ним. Аброхас был меньше, чем другие, она поняла это. Гораздо меньше. И все же Лидер Крыла выбрала его. Элида выкинула эту информацию прочь. Если Манона имела мягкое место для сломанных существ, может быть, она пощадит и ее.

Аброхас опустился на землю, вытянув шею, пока его голова покоилась на сене в десяти футах от Элиды. Эти гигантские черные глаза уставились на нее, почти по собачьи.

- Достаточно, Аброхас, - прошипела Манона, схватив седло со стойки у стены.

- Как же они существуют? - Элида вдохнула. Она слышала рассказы о драконах, и она вспомнила проблески маленького народца и Фэ, но...

Манона рывком подняла кожаное седло к своей горе.

- Их сделал король. Я не знаю как, и это не имеет значения.

Король Адарлана сделал их, как все, что делается внутри этих гор. Человек, который разрушил ее жизнь, убил ее родителей, обрек ее на это...

- Не сердись, - говорила Фаннула. - Будь умной.

И вскоре король и его несчастная империя не будут ее беспокоить, так или иначе.

Элида сказала:

- Ваш дракон не кажется злым.

Абрахос стукнул хвостом по земле, железные шипы на нем поблескивали. Гигантская, смертельная собака. С крыльями.

Манона фыркнула холодным смехом, привязывая седло на место.

- Нет. Однако, когда он был сделан, что-то пошло не так, как надо с той частью.

Элида не думала, что творится что-то неладное, но держала рот на замке. Аброхас все еще смотрел на нее, и командир эскадрильи сказала:

 - Пойдем охотиться, Аброхас.