- Это ради Дорина, - возможно жестоко, возможно эгоистично, но правдиво. - Король будет ждать тебя завтра, - продолжил он. - Что если его перестанет заботить осведомленность людей, и он использует свою магию против тебя? Ты же знаешь, что случилось с Дорином.

Она изучала черепицу на крыше, словно она читала мысленный план праздника - план, который он дал ей.

Потом она выругалась.

- Он может устроить ловушку для меня - и Эдиона. Знаками Вэрда он мог написать заклинания на полу, дверях, сковать нас, и мы были бы беспомощны - точно так же я словила того монстра в библиотеке. Черт, - выдохнула она. - Черт.

Хватая ослабленный лук, Несрин сказала:

- Брулло доложил, что лучшие люди короля будут сопровождать Эдиона из темницы в холл, эти места тоже могут быть заколдованы. Если он их заколдовал.

- Это слишком большой риск. А уже слишком поздно менять наши планы, - сказала Аэлина. - Если бы у меня были эти чертовы книги, я могла бы найти какой-нибудь вид защиты для себя и Эдиона, какое-нибудь заклинание, но завтра у меня не будет достаточно времени, чтобы взять их из моих старых комнат. Боги знают, есть ли они еще там.

- Их там нет, - сказал Шаол. Брови Аэлины взметнулись вверх. - Потому что они у меня. Я захватил их, когда покидал замок.

Аэлина скорчила губы в то, что, он мог бы поклясться, было вынужденной благодарностью.

- У нас мало времени, - она начала карабкаться вниз с крыши и исчезла из виду. - Осталось еще два узника, - пояснила она. -  И как бы то ни было, я думаю, что эти растяжки будут смотреться лучше с кровью валгов на них.

***

Несрин оставалась на крыше, пока Аэлина шла к противоположной стороне площади — быстрее, чем Шаол мог ожидать.

Он поспешил так быстро, как только мог сквозь толпу, трое мужчин собрались возле другого края платформы — готово.

Часы пробили шесть, когда Шаол остановился, убедившись, что двое его людей уже ждали на узкой аллее. Просто когда стражники наконец-то убрали тело первого пленника и потащили вперед за вторым, мужчина рыдал, умоляя их, вынужденный сидеть на коленях в луже крови своего друга.

Палач поднял топор.

И кинжал любезной Аэлины Галатинии прошел насквозь горла палача.

Черная кровь брызнула — некоторая на растяжки, как Аэлина обещала. Прежде чем охранники могли закричать, Несрин открыла огонь с другого направления. Это отвлечение было нужно Шаолу, когда он и его люди хлынули на платформу посреди паникующей и бегущей толпы. Несрин и Аэлина выстрелили снова к тому времени, как он попал на сцену, дерево было предательски скользким от крови. Он схватил двух пленных и закричал на них, чтобы бежали, бежали, бежали!

Его люди были лезвием-в-лезвие с охранниками, когда он бросил камнем заключенных вниз по ступенькам в безопасный переулок, где их уже ждали мятежники.

Квартал за кварталом они бежали, оставив хаос позади площади, пока они не попали к Авери, и Шаол посадил их в лодку.

Несрин нашла его выходящим из доков через час, целым и невредимым, но забрызганным темной кровью.

- Что случилось?

- Столпотворение, - сказала Несрин, сканируя реки под заходящим солнцем. - Все нормально?

Он кивнул.

- А вы?

- Мы обе в порядке, - спасибо, подумал он с мерцанием стыда. Она знала, что он не мог заставить себя спросить об Аэлине. Несрин отвернулась, направляясь обратно в ту сторону, откуда она пришла.

- Куда ты идешь? - спросил он.

- Иду мыться и менять одежду, а потом надо пойти и рассказать семье человека, который сегодня умер.

Это был закон, даже если это было ужасно. Лучше что-бы оплакивала семья, чем смотреть на сочувствующих мятежников.

- Ты не должна этого делать, - сказал он. - Я пошлю одного из мужчин.

- Я городская стража, - сказала она откровенно. - Мое присутствие не будет неожиданным. И, кроме того, - сказала она, ее глаза поблескивали со своим обычным слабым развлечений. - Ты сам сказал, что у меня точно нет толпы женихов, ждущих снаружи дома моего отца, так куда мне еще деть себя сегодня вечером?

- Завтра важный день, - сказал он, даже если проклинал себя за слова, которые он выплюнул в ту ночь. Осел — вот кем он был, даже если бы она никогда не распространялась о том, что это беспокоило ее.

- Все было просто отлично, пока ты не пришел, Шаол, - сказала она устало, возможно, скучно. - Я знаю свой предел. Увидимся завтра.

Но он сказал:

- Зачем идти к семьям самостоятельно?

Темные глаза Несрин переместились в сторону реки.

- Потому что это напоминает мне, что я могу потерять, если меня поймают, или если мы потерпим неудачу.

***