Там, справа от нее, были конюшни, где она сбила Уэсли бессознательно, когда он пытался предупредить ее о ловушке, которая находилась за ней. И там, на уровень выше, с видом на передний сад, выходили три окна ее старой спальни. Они были открыты, в тяжелые бархатные шторы дул прохладный весенний ветерок, как будто ее ждали. Если Аробинн не отдал комнату кому-то другому.

Резные дубовые двери распахнулись настежь, когда она ступила на верхнюю ступеньку, ей открыл дворецкий, которого она до этого никогда не видела, тем не менее, он поклонился и жестом пригласил за ним. Они шли мимо большого мраморного холла, двойные двери в комнату Аробинна были широко открыты.

Она не взглянула на порог, когда прошла за ним, уходя в дом, который был приютом, тюрьмой и адской бездной.

Боги, этот дом. Сводчатые потолки и стеклянные люстры в прихожей, с мраморными полами были начищены так ярко, что она могла видеть свое собственное темное отражение.

Ни души кругом, даже не убогого Терна. Возможно, ему было приказано держаться подальше, пока эта встреча не закончиться — как будто Аробинн не хотел быть подслушанным.

Запах прильнул к ней, теребя ее память. Свежесрезанных цветов и выпечки хлеба, едва замаскированных привкусом металла, или огня - хрустящее чувство насилия во всем.

Каждый шаг все больше возвращал ее в прошлое.

Он был там, сидел за массивным столом, его темно-рыжие волосы, как расплавленная сталь, лились в солнечном свете от пола до потолка, фланируя с одной стороны деревянной панели комнаты. Она скрыла информацию, которую узнала в письме Уэсли и держала свою позу свободной, повседневной.

Но она не могла не взглянуть на ковер перед столом — движение Аробинн либо заметил, либо ожидал.

- Новый ковер, - сказал он, отрываясь от бумаг. - Пятна крови на другом невозможно оттереть.

- Жаль, - сказала она, проваливаясь в одно из кресел перед его столом, и, стараясь не смотреть на место рядом с ней, где Саэм обычно сидел. - Другой ковер был красивее.

До тех пор, пока у нее не пошла кровь, Аробинн избил ее за то, что испортила его договор, заставляя Саэма смотреть все время. И когда она была без сознания, он избил и Саэма, тоже.

Она интересовалась, какие из шрамов на костяшки Аробинна были от тех побоев.

Она услышала, как дворецкий подошел, но не соизволила взглянуть на него, когда Аробинн сказал:

- Меня не беспокоить.

Дворецкий пробормотал его понимание, и дверь щелкнула, закрываясь.

Аэлина перекинула ногу через подлокотник своего кресла.

- Чем я заслужила эту встречу?

Аробинн с плавными движениями и сдержанной силой обошел стол, чтобы опереться на его край.

- Я просто хотел посмотреть, что ты делаешь за день до торжественного события, - его серебряные глаза замерцали. - Я хотел пожелать тебе удачи.

- И чтобы узнать, могу ли я предать вас?

- Почему бы мне так думать?

- Я не думаю, что вы хотите провести беседу о доверии прямо сейчас.

- Не тогда, когда тебе нужно сосредоточить все свое внимание на завтрашний день. Так много мелких вещей, которые могут пойти не так. Особенно, если тебя поймают.

Она почувствовала, как кинжал угрозы скользнул между ее ребер.

- Вы знаете, я не легко ломаюсь под пытками.

Аробинн скрестил руки на своей широкой груди.

- Конечно нет. Я не ожидал ничего меньшего от моего убийцы, чем оградить меня, если король тебя поймает.

Это все объясняло

- Я никогда не спрашивал, - Аробинн пошел дальше. – Будешь ли ты делать это, как Селена?

Попался удачный момент, чтобы бросить скучный изучающий взгляд вокруг. Ничего на столе, ни на полках, ни даже на коробках, в которых может содержаться Амулет Оринфа. Она позволила себе еще раз все осмотреть.

- Я не планировала выходить визитной карточкой.

- И какое объяснение ты дашь своему кузену, когда вы воссоединитесь? То же, что ты дала благородному капитану? - она не хотела знать, как он был в курсе этой катастрофы. Она не говорила этого Лисандре, так как еще понятия не имела, кто она такая. Аэлина подумает об этом позже.

- Я скажу Эдиону правду.

- Что ж... будем надеяться, что этого будет для него достаточно.

Это было почти физическим усилием подавить свою едкую реплику.

- Я устала и не хочу сегодня словесной перепалки. Просто скажите, что вы хотите, чтобы я пошла отмокать в своей ванне, - не ложь. Ее мышцы болели от слежки за валгами по Рафтхолу накануне вечером.

- Ты знаешь, я в твоем распоряжении, - Аробинн сосредоточил свое внимание на ее правой ноге, перекинутой через подлокотник кресла, как если бы он как-то понял, что она болела. Как будто он знал, что бой в подземельях обострил старые раны, которые она получила во время поединка с Кейном. - Мой лекарь может помочь тебе. Я не хочу, чтобы ты была больна. Или стала инвалидом завтра.

Его учения заставили ее скучать.

- Вам действительно нравится слушать самого себя?

Чувственный смех.

- У нас не словесная перепалка.