- И кто это мы? - сладко сказала Аэлина. Женщина только начала уходить из яркого туннеля, Аэлина беззаботно шла, все еще удерживая ножи. Высокомерная и глупая тогда.

- Ты можешь идти со мной, Защитница, и узнать информацию, которая тебе, скорее всего, нужна. Или ты можешь остаться здесь и посмотреть, кто же ответит камням, которые ты бросала.

Аэлина взвесила слова и все, что она видела и слышала. Несмотря на дрожь в спине, она шла рядом с охраной, вкладывая кинжалы в ножны на ее бедрах.

В каждом блоке они тащились через канализационные гадости, Аэлина использовала покой, чтобы восстанавливать силы.

Женщина шла быстро, но плавно, вниз, в другой тоннель, затем в другой… Аэлина отмечала каждый поворот, каждую характерную особенность, каждую решетку, формируя умственную карту, пока они двигались.

- Как ты узнала меня? - спросила, наконец, Аэлина.

- Я видела тебя в этом районе города несколько месяцев назад. Из-за рыжих волос я не сразу смогла узнать тебя в Хранилищах.

Аэлина наблюдала за ней краем глаза. Незнакомка могла не знать, кем был Шаол. Он мог использовать другое имя, несмотря на то, что женщина утверждала, что знала, как она думала, Аэлина искала.

Женщина сказала тем холодным, спокойным голосом:

- Охранники преследуют тебя, потому что они узнали кто ты, или из-за борьбы, которую ты столь отчаянно пыталась найти в Хранилищах.

Очко в пользу незнакомки.

- Почему ты не сказала мне? Охранники работают на Капитана Эстфола?

Женщина тихо рассмеялась.

- Нет, те охранники не работают на него, - Аэлина воздержалась от вздоха облегчения, как раз когда еще тысяча вопросов промелькнула в ее голове.

Ее ботинки наступали на что-то слишком мягкое, и она подавила дрожь, поскольку женщина остановилась перед входом в другой длинный туннель. Они зашли достаточно далеко. Женщина ступила на маленькую, гладкую лестницу, первая половина которой была освещена лунным светом, струящимся из решеток. Неестественная темнота шла из дальнего конца коридора. Хищная тишина проползла по Аэлине, когда она всматривалась во мрак. Тишина. Чрезвычайная тишина.

- Здесь - сказала незнакомка, приближаясь к каменному проходу, встроенному в сторону туннеля. Глупость - глупость оставлять спину открытой, как сделала она. Она даже не видела, как Аэлина достает нож.

Они зашли достаточно далеко. Женщина ступила на маленькую, гладкую лестницу, приводящую к проходу. Ее движения были легкие и изящные. Аэлина рассчитала расстояние до самых близких выходов и глубину потока грязи, проходящего через центр тоннеля. Достаточно глубокого, чтобы в него отправить покоиться тело в случае необходимости.

Аэлина повернулась с ножом в руке и, оказавшись позади женщины, так близко, как любитель, прижала лезвие к ее горлу.

- У тебя есть одно предложение, - Аэлина дышала женщине в ухо, держа кинжал около ее шеи. - Одно предложение, чтобы убедить меня не перерезать тебе горло.

Аэлина сошла с лестницы, используя свой шанс, чтобы она не подошла к стене, где могло быть спрятано оружие. Женщина спиной прижималась к груди Аэлины, оружие, так или иначе, не было ей доступно. Она сглотнула слюну, ее горло покачнулось напротив кинжала, находящегося вдоль ее гладкой кожи.

- Я веду тебя к капитану.

Аэлина надавила на нож немного сильнее.

- Не похоже на речь человека с ножом возле горла.

- Три недели назад он оставил пост капитана и бежал. Присоединился к нам. К повстанцам.

Колени Аэлины угрожали признать ошибку.

Она предполагала, что ей следует включить третью сторону в ее планы: король, Аробинн и мятежники, те, у кого могли быть счеты, за то, что она убила Аркера Фэнна прошлой зимой, даже если Шаол работал с ними.

Она оборвала мысли перед тем, как другие ворвались ей в голову.

- А принц?

- Живой, но до сих пор в замке, – прошипела мятежница. - Этого тебе достаточно, чтобы убрать нож?

Да. Нет. Если Шаол теперь работает с мятежниками… Аэлина опустила нож и отошла к бассейну лунного света, сочащегося из решеток.

Мятежница покружилась и достигла одного из ее ножей. Аэлина щелкнула языком. И пальцы женщины остановились на хорошо отполированной рукоятке.

- Я решила тебя пощадить, и это твоя плата мне за это? – сказала Аэлина, снимая капюшон. - Даже не знаю, почему я удивлена.

Мятежница опустила нож и тоже стянула капюшон, показывая свое милое, загорелое лицо - торжественное и бесстрашное. Ее темные глаза остановились на Аэлине. Союзник или враг?

- Скажи, зачем ты приехала сюда? - тихо спросила мятежница. - Капитан сказал, что ты на нашей стороне. Но все же ты скрылась от него в Хранилищах сегодня.

Аэлина скрестила руки на груди, прислоняясь к влажной стене.