Запах её крови заполнил пространство, дикий, многоликий запах. Он щекотал его кожу, разжигая его ярость во что-то настолько смертоносное, что он мог убить любого мужчину, который войдёт в эту палатку.

— Эраван мог услышать новости и беспокойства. — сказал Эдион, когда задумался. — Он может удивиться, почему её здесь нет, и побеспокоиться о том, что она что-то готовит, чтобы повредить ему. Это может заставить его показать свои козыри в рукаве.

— Или ударить нас сейчас полной силой, когда он знает, что мы слабы.

— Мы скоро узнаем это.

— Битва на Оринфе будет бойней, — прошептала она, её плечи опустились от тяжести. Не просто женщина, втянутая в войну, а женщина, которая играет кого-то другого, которая притворялась кем-то другим, но не в этот раз. У кого действительно не хватило сил остановить лордов и убедить их идти не на север. Тем не менее, она была готова принять это бремя. Ради Аэлины. Ради этого королевства.

Даже если она лгала ему об этом, она согласилась принять этот вес.

Эдион сел рядом с ней и безучастно смотрел на стены палатки.

— Мы не пойдём в Оринф.

Её голова поднялась. Не только из-за слов, но и из-за того, как близко он сидел.

— Тогда куда мы идём?

Эдион посмотрел на свои доспехи, ожидавшие его на манекене в палатке.

— Сол и Рави ведут некоторых своих людей на берег, чтобы убедиться, что мы больше не столкнёмся с атаками с моря. Они собираются встретить остальную часть вендалинского флота, пока Галан и его солдаты остаются с нами. А потом, как одна армия, мы поедем к границе.

— Другие лорды проголосовали против. — действительно, эти старые дураки.

За последнее десятилетие он танцевал рядом с пропастью под названием «измена». Сделал это видом искусства. Эдион чуть улыбнулся:

— Предоставь это мне.

…

Беспощадные не были верны никому, кроме Аэлины Галантии.

Как и союзники, которых она собрала. Силы Рена Альсбрука, Рави и Сола из Сурии.

И также, видимо, Нокс Оуэн.

Тем не менее, именно Лисандра, а не Эдион, сделала свой полёт возможным.

Она возвращалась в свою палатку — в палатку Аэлины, не подходящую для королевы, а, скорее всего, для капитана армии — когда Нокс появился прямо перед ней. Тихо и изящно. Хорошо обученный. И, вероятно, более смертоносный, чем она ожидала.

— Итак, Эраван знает, что ты не Аэлина.

Она взмахнула головой:

— Что? — быстрый, неопределённый вопрос, чтобы выиграть для себя время.

Разве Эдион рискнул сказать ему правду?

Нокс слегка улыбнулся.

— Я так много думал, когда увидел удивление на лице демона.

— Ты, должно быть, ошибаешься.

— Я? Ты меня совсем не помнишь?

Она изо всех сил старалась взглянуть на него свысока, даже когда посланник-вор возвышался над ней. Аэлина никогда не упоминала Нокса Оуэна.

— Почему я должна помнить одного из посланников Дэрроу?

— Хорошая попытка, но Селена Сардотин была немного более забавной, когда убивала людей.

Он знал, кем была Аэлина. Знал. Лисандра ничего не сказала и продолжила идти к своей палатке. Если она скажет Эдиону, как быстро Нокс может быть погребён под мёрзлой землёй?

— Твой тайна в безопасности, — пробормотал Нокс. — Селена — Аэлина — была моим другом. Надеюсь, всё еще таковой и остаётся.

— Как? — она не признала её роли в этом.

— Мы сражались в соревнованиях за место королевского защитника в стеклянном замке, — фыркнул он. — Я понятия не имел до сегодняшнего дня. Боги, я был там для министра Джоваля в качестве шпиона для мятежников. Первый шпион из Перранта. И я невольно начал тренироваться вместе со своей королевой. — он рассмеялся, низко и изумлённо. — Я много лет работал с мятежниками, даже когда был вором. Они хотели, чтобы я был их глазами внутри замка, разузнал планы короля. Я сообщал о странных событиях, пока это не стало слишком опасным. Пока Селена — Аэлина — не предупредила меня, чтобы я уходил. Джоваль умер. Весной этого года, в результате битвы с группой мятежников у границы. Дэрроу нанял меня, предлагая быть его посланником и шпионом. Итак, вот я здесь. — он бросил на неё взгляд. — Я в твоём распоряжении, даже если ты не… ты. — он наклонил голову. — Кто ты, всё-таки?

— Аэлина.

Нокс улыбнулся.

— Справедливо.

Лисандра остановилась перед слишком маленькой палаткой королевы, расположенной между палатками Эдиона и Рена.

— Какова цена твоего молчания? Или Дэрроу уже знает?

— Почему я должен ему говорить? Я служу Террасену и семье Галантия.

— Некоторые могут сказать, что у Дэрроу есть сильные претензии на трон, учитывая его отношения с Орлоном.

— Сегодня я понял, что убийца, которого я называл своим другом, на самом деле королева, которую я считал мёртвой. Я думаю, боги направляют меня по правильному пути, не так ли?

Она задержалась между палатками.