– Элайне понадобится время, чтобы пробудить свою силу и попытаться увидеть Сокровищницу. Но ты, Неста… ты могла бы опять попробовать гадание.

– И чем быстрее, тем лучше, – добавил Риз. – Время не на нашей стороне.

– А разве ты не сотворена Котлом? – спросила у Амрены Неста.

– Не в той степени, в какой ты, – ответила Амрена и язвительно посмотрела на Несту. – Боишься?

Неста не отозвалась на колкость. В этот момент даже искреннее счастье на лице Кассиана померкло.

– Разве у меня есть выбор? – спросила Неста.

Если выбирать между нею и Элайной, это вообще не выбор. Если требовалось уберечь Элайну от зла, она всегда шла первой. И не важно, что совсем недавно она наговорила той гадостей, от которых самой противно.

– Почему же, у тебя есть выбор, – твердо произнес Риз. – И здесь он у тебя будет всегда.

– Я займусь поисками, – холодно поглядев на него, сказала Неста. Затем, взглянув на живот сестры, повторила: – Обязательно займусь.

Кассиан хотел переговорить с Ризом об иллирианских легионах, и потому Неста одна побрела к выходу из дома у реки.

Она успела пройти половину коридора, когда ее окликнула Фейра. Неста остановилась прямо перед картиной с видом горы Рамиель.

– Я побуду с тобой, пока Кассиан не закончит разговор, – робко улыбнувшись, предложила Фейра.

«Можешь себя не утруждать», – едва не вырвалось у Несты, но она сдержалась. Они молча дошли до входных дверей. Со стен на них глядели картины и портреты всех, кроме Несты и их матери.

Сестры остановились в просторном вестибюле. Тишина делалась все напряженнее и невыносимее. Неста не знала, о чем говорить и куда вообще себя деть, пока тянутся эти минуты.

– Это мальчик, – вдруг сказала Фейра.

– Ты про ребенка? – встрепенулась Неста.

– Я хотела, чтобы ты узнала первой, – улыбнулась Фейра. – Я просила Риза обождать, пока не сообщу тебе, но… – Фейра усмехнулась, услышав радостные возгласы и вопли, донесшиеся с другого конца коридора. – Наверное, он только что рассказал Азу с Кассианом.

Несте требовалось время, чтобы все это переварить. Сестра не только протягивала ей руку, но и избрала ее первой, чтобы сообщить, что родит мальчика.

– Откуда ты знаешь пол ребенка?

Улыбка на лице Фейры померкла.

– Перед войной с Сонным королевством Косторез показал мне ребенка, который будет у нас с Ризом.

– А Косторез откуда узнал?

– Ума не приложу, – призналась Фейра, и ее рука снова легла на живот. – Я и не догадывалась, как мне хочется мальчика, пока не узнала, что ношу его в себе.

– Ну да, ты же по горло сыта сестрами.

– Я совсем не это имела в виду, – вздохнула Фейра.

Неста пожала плечами. Фейра может говорить что угодно, но чувства не обманешь. Все, что недавно произошло с Элайной…

Похоже, Фейра угадала направление ее мыслей.

– Элайна была права. Мы слишком сосредоточились на том, как ее травма подействовала на нас, и забыли, что травму переживает она, а не мы.

– Удар был направлен на меня, а не на тебя, – напомнила Неста.

– Неста, я тоже виновата, – сказала Фейра, и глаза ее погасли. – Элайна несправедливо обвинила тебя одну.

Неста не знала, чем ответить сестре. Не знала даже, с чего начать.

– Почему про пол ребенка ты первой рассказала мне, а не Элайне?

– Она первой догадалась о моей беременности. А кто родится… мне хотелось, чтобы об этом первой узнала ты.

– Я и не подозревала, что ты ведешь счет.

– Я этим не занимаюсь. – Фейра ошеломленно посмотрела на нее. – Я просто… Разве мне нужен предлог, чтобы чем-то поделиться с тобой? Ты – моя сестра. Я хотела рассказать тебе раньше, чем остальным. Только и всего.

И на эти слова Неста не знала как ответить. К счастью, в коридоре вновь зазвучал голос Кассиана, прощавшегося с Ризом.

– Удачи, – тихо сказала Фейра и поспешила навстречу ликующему Кассиану.

Неста поняла: пожелание удачи относилось не только к поискам Сокровищницы ужаса.

Комнаты Кассиана и Азриеля разделялись общей гостиной; в ней-то оба сейчас и сидели, устроившись перед пылающим камином. К вечеру заметно похолодало, и Кассиан, всегда любивший осень (невзирая на мерзопакостный Двор осени), наслаждался теплом.

– Как ты думаешь, Неста сумеет найти Сокровищницу ужаса? – спросил Азриель.

– Надеюсь, – уклончиво ответил Кассиан.

Ему была невыносима сама мысль об опасности, которой подвергнется Неста, однако он целиком понимал ее побуждения. Доведись ему выбирать: послать на опасное дело кого-то из названых братьев или отправиться самому, он всегда, при любых обстоятельствах отправился бы сам. Каждое из жестоких слов, брошенных Нестой Элайне, заставляло его морщиться, и в то же время он не винил Несту. За этими словами скрывались ее страх и любовь к сестре. Его лишь восхищало, что она вызвалась искать Сокровищницу; пусть и не ради всеобщего блага, но из желания уберечь сестру.

– Несте ведь придется заняться гаданием, – сказал Азриель.