– Да, – бормочу я, снова ворочаясь.

– Иди сюда, вредина.

Гаррет протягивает руку, обхватывает меня за талию и притягивает к себе, так что я больше не могу двигаться. Его теплых объятий достаточно, чтобы я провалилась в темную бездну сна.

Последняя мысль, которая приходит мне в голову перед тем, как я погружаюсь в темноту, – это осознание того, что я только что потеряла девственность… со своим сводным братом… в секс-клубе. Скажу честно, это не совсем то, что я планировала сделать этим летом.

Я просыпаюсь от запаха Гаррета и ощущения чего-то теплого и влажного на груди и животе. Со стоном открываю глаза, и внезапно в памяти всплывает все, что произошло прошлой ночью.

– Боже мой, – шепчу я.

Я в постели Гаррета, и он проводит губами по моему телу.

– Доброе утро, – отвечает он.

Подняв голову, я наблюдаю, как он целует мои бедра и осторожно стягивает трусики, оставляя меня только в его футболке.

– Ты не против? – спрашивает Гаррет, обдавая теплым дыханием нежную кожу у меня между ног.

Я тотчас вся покрываюсь мурашками.

– Да, – выдыхаю я и развожу перед ним ноги.

Его пальцы осторожно раздвигают мои губы, чтобы хорошенько меня разглядеть. Мне нравится выражение глаз Гаррета: он словно любуется мной, как будто такой красоты ни разу не видел. Он оставляет на моем клиторе мягкий, влажный поцелуй, и я со стоном таю от его прикосновения.

Боже, как же я рада, что вчера вечером решила пойти в клуб!

– Я больше не могу, Гаррет! Пожалуйста!

На этот раз он усмехается и вытирает губы.

– Можешь, еще как можешь.

Прежде чем он успевает снова припасть ртом к моему клитору, отчаянно тяну его за рубашку, пока Гаррет не ложится на меня всем телом, после чего я страстно целую его в губы. Мои ноги обвивают его талию, и, несмотря на ужасную усталость, я все еще жажду его прикосновений.

Гаррет целует меня в ответ, прижимаясь ко мне бедрами. Вскоре передняя часть его пижамы уже пропитана моей влагой. Я вожусь со шнурком, пытаясь снять с него пижамные штаны.

В следующий миг Гаррет легко проникает в меня, и это совсем не похоже на блаженство, которое я только что испытала от его языка. Это другие ощущения, и они намного лучше. Движение его члена внутри меня, когда он достигает мест, о существовании которых я даже не подозревала, доставляет мне удовольствие, которое не дала бы самая лучшая игрушка.

И я знаю, что это такое. Возможно, он не желает этого признавать, но я осознаю, что чувствую, когда Гаррет трахает меня. Это связь, которую невозможно достичь через веб-камеру или что-то другое. Это связь на клеточном уровне.

Прежде чем он кончает, мы смотрим друг другу в глаза, и я еще крепче сжимаю его. Как будто одно это объятие способно передать Гаррету, что я совсем не чувствую к нему ненависти. Не злюсь на него и не хочу с ним ссориться. Зато мне хочется сказать ему, красноречивее, чем вчера вечером, как много он для меня значит.

Если бы он знал, если бы он только знал, изменило бы это хоть что-нибудь? Дал бы Гаррет нам шанс или оставил бы меня в качестве своей игрушки? Подружки для секса? Сводной сестры с дополнительными бонусами?

Прежде чем он отстраняется, я тяну его вниз, чтобы снова поцеловать, попробовать его губы на вкус. Все, что я хочу сказать, вертится на языке, но я не произношу этого вслух. Если признаюсь ему в своих чувствах, то проявлю слабость, и что дальше? Столкнусь с унижением от того, что меня отвергли… в очередной раз.

Я лишь шепчу:

– Ты был прав.

На лице Гаррета видны недоумение и растерянность.

– В чем?

– Секс расслабляет, – отвечаю я, и каждая мышца моего тела как будто тает.

Уголки его рта трогает улыбка, и он ложится на меня всем своим весом.

В конце концов Гаррет отстраняется. Он наконец слезает с кровати, одевается и везет меня домой. И это все. Наши отношения не лучше, чем вчера.

– В общем… если мне понадобится помощь с этим мероприятием, – говорит он, прежде чем я выхожу из машины возле дома. Я оборачиваюсь и жду, чем он закончит свою просьбу.

– Да?

– Поможешь мне?

– Как ты собираешься мне платить? – спрашиваю я ехидным тоном.

– Приходи в клуб. Просто на этот раз предупреди меня.

Я закатываю глаза и открываю дверцу машины.

– Отлично. Я напишу тебе позже.

– Хорошо, – отвечает Гаррет и, когда я вылезаю, шлепает меня по ягодице.

Как только я остаюсь в доме одна, то думаю о Дрейке. У меня возникает странное желание поговорить с ним. Рассказывать ему все, конечно, безумие, но он в курсе, что я испытываю чувства к Гаррету. Он не производит впечатление собственника, и мне кажется, я могла бы поделиться с ним своей сексуальною жизнью.