При нажатии кнопки маленький вибратор оживает. Это едва уловимое жужжание, но оно посылает толчок возбуждения в глубь моего естества.

– Думаю, все зависит от того, насколько сильно включать вибрацию, – отвечаю я.

Дрейк смотрит на меня и увеличивает интенсивность. Приборчик громко жужжит в моей ладони. У меня тотчас пересыхает во рту.

– Ну и как тебе это? – спрашивает он. – Сидишь в общественном месте, чувствуешь эту штуку между ног и не можешь среагировать.

– Это невозможно, – отвечаю я хриплым шепотом.

– Тогда попробуй. Я хочу знать наверняка.

Он все еще смотрит на меня сумасшедшими глазами, и я вынуждена заставлять себя дышать.

– Неужели ты это серьезно? – отвечаю я, наклонив голову.

– Я бросаю тебе вызов, – говорит Дрейк, как будто знает меня. Я же не из тех девушек, которые отказываются от вызова.

Возможно, причина в моей обиде на Эмерсона или в том, что я сегодня уже облажалась, но я делаю то, что, как знаю, разозлит его еще больше. Я сжимаю вибратор в руке и, глядя Дрейку прямо в глаза, наклоняюсь к нему так близко, что кажется, будто мы вот-вот поцелуемся.

– Прекрасно.

Он выключает вибрацию и улыбается. Я же хватаю дезинфицирующую салфетку и протираю игрушку. Затем направляюсь в туалет. Краем глаза вижу, как Хантер, глядя на своего друга, качает головой. Вообще-то в мои планы не входит связываться с Дрейком. И хотя я уверена, что поймаю кайф, это нехорошо. Это не только окончательно разозлит Эмерсона, но и поставит под угрозу работу, которую я так люблю.

В туалете мои руки начинают дрожать, когда я беру вибратор с собой в кабинку. В очередной раз я оказалась в ситуации из разряда «какого черта я делаю?». Но раз я за это взялась, то доведу дело до конца.

У игрушки есть толстая выпуклая сторона и тонкая мягкая. Согласно инструкциям Моники, выпуклая сторона входит внутрь, чтобы вибрировать у точки G. Не могу сказать, что у меня есть опыт с парнями, которым удавалось найти эту загадочную точку, поэтому я настроена скептически. Глубоко вздохнув, подтягиваю юбку, спускаю трусы и вставляю толстую часть туда, где ей положено быть.

Ой. Вибратор становится на место, плотно прижимаясь к клитору. И как только я снова натягиваю трусы, мой маленький секрет оказывается спрятан у меня под юбкой. Я выхожу из кабинки. Довольно странное ощущение – когда внутри вас что-то есть. С каждым шагом эта штука все плотнее прижимается к клитору, и я вынуждена на минуту остановиться у двери туалета. Он еще даже не включен, а я уже волнуюсь, что не смогу сохранить серьезное лицо.

Расправив плечи и спрятав улыбку, я выхожу из туалета туда, где меня ждут Дрейк и Хантер. Они оба наблюдают за мной, и я держу спокойное выражение лица. Затем я вижу в правой руке Дрейка какое-то движение.

Внезапно игрушка жужжит у меня в трусах, и мои глаза лезут на лоб. Это нечто! Так приятно, ощущения бурлят внутри и снаружи, и я чувствую, что уже промокаю.

– Подожди, подожди, подожди! – кричу я. Дрейк смеется.

– Да ладно, это самая низкая настройка.

Черт. Я готова развернуться и броситься в туалет, чтобы вытащить его, потому что терпеть это просто невозможно. Затем его рука движется снова. Чертова штуковина оживает, еще сильнее жужжа на моем клиторе.

– Дрейк! – кричу я, наклоняясь к полу, и мысленно заставляю себя не кончать. Нет, нет, нет, нет. Вибратор замолкает, и я бросаюсь к нему. – Отдай мне эту чертову хрень! – кричу я, но он держит пульт подальше от меня. Я прижимаюсь к его телу и, когда игрушка снова включается, тянусь к пульту.

Против моей воли с губ срывается самый высокий, самый унизительный стон. Как будто одну секунду играет саундтрек к порно. Дрейк хохочет.

– Ты придурок! – кричу я и зажимаю рот рукой.

Не могу поверить, что я только что издала этот звук. Бедняга Хантер закрывает лицо рукой. Он красный, как рак, и старается не смотреть, как я пытаюсь вырвать у Дрейка пульт и одновременно не кончить у всех на виду против воли.

– Тебе ведь нравится, – глухо отвечает Дрейк, и на секунду мы с ним встречаемся взглядами.

Вот дерьмо. Судя по тому, как он смотрит на меня, судя по тому, что чувствует в данный момент мое тело, мы определенно движемся прямо к чему-то, чего я не хочу, и если я не остановлюсь прямо сейчас, то буду потом горько сожалеть об этом.

Есть только один человек, с которым я хочу пересечь черту, и извини, Дрейк, но это не ты.

– Что здесь происходит? – раздается недовольный голос, и мое тело превращается в лед.

Жужжание резко прекращается, и я отдираю себя от стены мускулов Дрейка. Обернувшись, вижу Эмерсона – он шагает ко мне с выражением ужаса на лице. О боже, он сейчас узнает про вибратор. На самом деле, я хотела, чтобы он про него узнал, потому что тогда он был бы в ярости, а мне хотелось его разозлить. Значит ли это, что я стерва?