— E Lei (итал. — и мне), — сухо сказала мать Мии, но в ее голосе не было теплоты.

— Я позвонила в офис Данте, и мне сказали, что он здесь. Он сейчас в кабинете? — Мия испытывала смешанные чувства, в представлении Нико Данте, в основном чувство вины. Хотя Данте совершил несколько ужасных поступков, он все еще оставался ее братом, и она поклялась унести его тайну с собой в могилу. Но ей было тошно скрывать правду от Нико. Судя по тому, что она видела, Нико был преданным, честным человеком, и нарушение его доверия было, вероятно, единственной вещью, которую он никогда не простит.

Лицо матери расслабилось до своей обычной неумолимой маски, и она в мгновение ока превратилась из испуганной родительницы в идеальную хозяйку дома. Она явно хотела сказать что-то еще, но была слишком вежлива, чтобы высказать свое мнение в присутствии Нико.

— Да, это так. Может быть, твои гости хотят поесть? Я могу кое-что приготовить.

Конечно, Нико и его люди воспрянули духом, услышав предложение итальянской домашней кухни, но Мия хотела, как можно быстрее войти и выйти из дома. Она никогда не видела, чтобы ее мать реагировала на ситуацию иначе, чем с безупречным приличием, и это заставляло ее нервничать.

— Не сегодня. Я просто хотела увидеть Данте, а потом нам надо будет идти, — она сделала шаг вперед, но мама схватила ее за руку и отвела в сторону.

— А Кэт в безопасности? Где она? Я хочу поговорить с ней.

Смущенная резким шепотом матери и крепким пожатием ее руки, она отстранилась.

— С ней все в порядке. Она в безопасном месте. Гораздо безопаснее, чем здесь, дома, где ее некому защитить.

Ее мать взглянула на Нико и Луку, занятых разговором, и понизила голос.

— Я ничего не могла поделать.

— Ты никогда ничего не могла сделать, — Мия никогда раньше не говорила матери о своей неспособности защитить детей от жестокого обращения Папы, и она была потрясена собственной горечью.

Мать Мии потянула ее за угол, и на лице промелькнула боль.

— Я чувствовала каждый крик, похожий на нож, пронзающий мое сердце. Я знаю, ты думала, что не была рядом с тобой, что я была слабой, и, возможно, это одна из причин, почему ты так стремишься расширить права и возможности женщин. Но женщины могут быть сильными по-разному. Каждое препятствие не нужно встречать лицом к лицу. Бывали моменты, когда я сжигала еду или разбивала вазу, чтобы он обратил свой гнев на меня, а не на тебя. Я очень старалась, чтобы он был счастлив, чтобы ты была в безопасности. Каждую минуту этого дня я пыталась придумать, как удержать тебя подальше от дома, отговорить от того, что могло бы его разозлить, защитить тебя единственным доступным мне способом.

— Ты могла забрать нас отсюда. Могла ему противостоять, — потрясенная, Мия могла только смотреть, уставившись.

— Если бы я увезла тебя отсюда, он бы нас нашел. Ты же знаешь, — предостерегающе сказала Мама. — А если бы я ему противостояла, он бы меня убил. После того как вы все родились, а я начала стареть, я не была ему по-настоящему полезна, разве что развлекала его гостей. Я много раз думала об этом, но кто бы защитил тебя, когда меня не стало? Я осталась ради тебя, чтобы защитить, чтобы помочь тебе найти путь к свободе.

Сердце Мии упало до самого желудка, и слова вырвались у нее испуганным шепотом.

— Я даже представить себе такого не могла.

— Я не хотела, чтобы ты знала, — ее мать крутила браслет вокруг запястья. — Я говорю это не для того, чтобы тебе было плохо. Я сделала то, что сделала бы любая мать. Но не думай, что женщина не сильна, потому что ты не можешь увидеть, как она борется. В том, чтобы терпеть, столько же силы, сколько и в том, чтобы вступить в бой. Есть сила и в том, чтобы выбирать свои битвы и знать, когда уйти. Есть сила в том, чтобы принять свои ограничения и позволить кому-то помочь тебе. Сильная женщина становится сильной из-за боли, с которой она сталкивается и побеждает, из-за сражений, которые она ведет, и которые никто не видел, падает и поднимается снова, улыбаясь утром, как будто она не плакала прошлой ночью. Больше всего я сожалею, что не научила этому тебя. Ты думала, что я бросила вас, хотя на самом деле я была позади вас, поддерживая на каждом шагу.

— Мама... — голос Мии надломился, и она заключила мать в объятия.

— Если все это правда, то я счастлива, потому что ты будешь в безопасности, — прошептала мама ей на ухо.

— Но не отталкивай его. В некоторых битвах мы не можем сражаться в одиночку, — она поцеловала Мию в щеку и отстранилась. — Пойду приготовлю что-нибудь для твоих гостей. Если у нас не будет возможности поговорить до твоего отъезда, дай Кэт знать, что я скучаю по ней.