Не думал, что со мной когда-нибудь такое случится, но увидев, что крови нет, облегчённо выдыхаю. Всё это время не дышал, блядь.

— Жёстко она приложилась!

— Охереть, пульс бы измерить!

— В медпункт надо!

— Емать, валим отсюда!

Услышав здравую мысль, машинально проверяю пульс. Есть. Живая.

— Рус, давай я её в медпункт оттарабаню? — Назар проталкивается сквозь собравшихся. Друг садится рядом на корточки, предлагая помощь.

— Сам, — цежу сквозь зубы, подхватывая обмякшее тело. — Руки ей поправь.

Браток складывает болтающиеся во все стороны руки бессознательной блондинки.

— Придурок, ну не как покойнику же! — смотрю, как этот утырок сложил ладони на её груди.

— Да я чёт на нервах, погодь, — шустро исправляет ситуацию. — Всё, готово. А с этим чё делать? — кивает головой на нашего нового друга — Егорушку.

— В чувства приведи, — бросаю на ходу, уже развернувшись.

Широким шагом огибаю здание и подхожу к центральному входу.

— Дверь открой, — прикрикиваю какой-то тёлке, что стоит с телефоном у уха.

— Руслан? Что случилось? — лепечет конопатая, подбегая. Бегло смотрю на неё, фейс знакомый, но имени не помню.

— Дверь, сказал, открой, — цежу сквозь зубы.

«Чё, блядь, случилось». Тебя колышет? Бесят эти тупые соски.

Дверь она открывает, поблагодарить забываю, уж извините, не до этого сейчас. Попав в здание, пересекаю холл в сторону медицинского пункта.

— Ты мне так и не перезвонил на прошлой неделе, — слышу писклявый голосок всё той же мадам вслед. — Русла-а-а-н?

Резко останавливаюсь, оборачиваясь. Еле сдерживаю себя, чтобы не взбеситься ещё больше.

— Будь добра, отъебись, — грублю, ибо клал я на её нежные чувства. Если своим куриным мозгом не догоняет, что сейчас не время для бесед, то это не мои проблемы.

Пока несу кудрявую, периодически наклоняюсь прислушиваясь к дыханию. Маленькое тельце на моих руках выглядит беззащитным. Такая лёгкая и худенькая. Она воздухом, что ли, питается?

Чё ж ты мне под руку полезла, Кудрявая?

На душе жёсткая вина, не хотел, чтоб так вышло. Но они с дружком, походу, на пару решили испытать меня на прочность.

— Лиза?! — идущая навстречу по коридору девка тормозит, выпучив глазёнки, а потом со всех ног срывается, подбегая. Да вы чё, издеваетесь? — Что с ней? Она без сознания? Что ты сделал?!

Не отвечаю. Общаться с кем-то сейчас хочется по минимуму, а выслушивать бабские истерики — ещё меньше. Не останавливаясь, иду дальше.

— Что произошло? Я её соседка вообще-то! — слегка отставшая позади тараторит без умолку. То осыпает меня проклятиями, называя зверем и угрожая расправой ментами, то умоляет объясниться.

Сам на адреналине, нихера нормально не соображаю. Знаю только, что нужна ей помощь. Попадающиеся на пути студенты открыто пялятся, но мне, как известно, насрать.

В медпункте тучная врачиха тоже вскидывает руки к лицу, нихрена не вдупляя, чё окровавленный студент притащил деваху в отрубе.

— Упала. Головой об бордюр ударилась, — сообщаю, укладывая Лизу на кушетку. Ещё раз самостоятельно проверяю пульс и, убедившись, что жива, под проклятия «милой» соседки выхожу, со всей дури хлопая дверью.

Сука!

Нахера я её толкнул? Не хотел такого исхода. Реально не хотел. Не рассчитал с дуру силы, и вот итог.

Ноги сами уносят. Тупо поднимаюсь по лестнице, лишь бы хоть куда-то подальше свалить.

— Рус, ты в порядке? — на автомате торможу, поднимая голову на источник звука. В отличие от предыдущей тёлки, эту помню. Кристина, вроде. — Ты весь в крови, — прикладывает ладошку к открытому рту, вставая около меня.

Прищурившись, вспоминаю, как этот ротик неплохо сосёт.

— В порядке, — на автомате осматриваюсь вокруг. Внутренний зверь подмечает нужное местечко, чтоб выпустить необходимый пар. Обхватываю её ладонь, и, потянув за собой, затаскиваю в женский туалет.

Оказавшись внутри, студентка молча наблюдает, как пинаю все двери в уборной, проверяя, нет ли кого кроме нас.

— Закрой на защёлку и подойди, — я конкретно на взводе, готов расхерачить всё вокруг в два счёта. Пожар в груди разрастается похлеще реального. Если не потушить, быть катастрофе. Найду этого Егора и прибью окончательно. На зону не особо хочется, но, может, хоть после отсидки батя меня зауважает.

Кристина не спрашивает, зачем приказал закрыться. Умная девочка. Слышу послушный щелчок и звук приближающихся шагов.

Брюнетка робко останавливается рядом. Повернувшись, обхватываю её шею, оставляя смазанный поцелуй на губах, чтоб умаслить и слегонца расслабить. Разворачиваю к себе спиной стройную фигуру и подталкиваю к стене.