— Да пошёл он к чёрту! — Кристина нервно складывает руки на груди и демонстративно отворачивается, чтобы не смотреть, я так понимаю, на своего бывшего.

— Да он же девчонок, как перчатки, меняет. На все дни недели. Как ты могла навыдумывать себе, что кроме перепиха он тебе предложит что-то ещё? — одна из близняшек фыркает.

— Про кого это вы? — не сдержав любопытства, выглядываю из-за спин спутниц.

Чтобы понять кто этот высокий парень, стоящий к нам спиной и зажимающий какую-то девчонку в углу, мне много времени не нужно. В груди начинает печь, а злость, которая только начала убавляться, возвращается с новой силой от одного взгляда на этого урода. Татуированные руки блуждают по девичьему телу, пока язык шарится у неё во рту.

Фу…

Воображение играет со мной злую шутку, я чувствую его губы на своих, как будто это было сейчас. Мерзость. В отличии от меня, эта деваха в углу совсем не прочь позажиматься.

Словно почувствовав, что за ними наблюдают, парень отлипает от жертвы, оборачивается, и в этот момент я хочу раствориться в воздухе. Князев увидел, что я пялилась. Но кроме ненависти в моём взгляде он ничего не увидел. Не прерывая со мной зрительный контакт, урод обнимает девушку за талию и начинает двигаться в нашу сторону.

Резво возвращаюсь в исходное положение, прячась за спинами девочек, стоящих рядом. На странное поведение они не обращают внимание, одна недовольная Кристина, прижимающаяся к подоконнику, странно поглядывает на меня.

Не станет же он снова домогаться, тем более рядом с другими девушками и той, что идёт в обнимку с ним.

Да не нужна ты ему, успокойся.

Пытаюсь образумить сама себя. Раз уж он такой бабник, то приставать к девушкам для него нормальное явление, пройдёт мимо и не вспомнит, как приставал на лекции.

Хочу стереть себе память и больше никогда не вспоминать ужасное утро.

При приближении шагов я и вовсе перестаю дышать. Почему мне так страшно? С каких пор я превратилась в трусливую лань?

Оказывается, что самое страшное было не утром. Всё впереди.

Проходя мимо, Князев замедляется около меня и, многообещающе подмигнув, бросает на ходу:

— До завтра, Кудрявая!

— Лиз, расскажи нормально. Откуда ты его знаешь? — Таня устраивает допрос по пути в общежитие. Моё короткое и не особо убедительное объяснение при девочках в коридоре о том, что мы просто сидели рядом, когда я перепутала аудитории, её совершенно не устроило.

Чёрт. Вдруг соседка догадается, что я недоговариваю? Или по факультету поползут слухи от очевидцев о том, что я целовалась с этим проклятым Князевым? А если все уже это знают?

Спустись с небес на землю, Елизавета. Кому ты нужна, чтобы ещё обсуждать тебя? Судя по всему, зажимать разных девушек для татуированного — обычное дело.

— Говорю же, зашла не в ту аудиторию, села на единственное свободное место, рядом с этим… Князевым, — напрягшись, произношу нехотя. Надо же, даже фамилия пафосная, как и сам этот индюк. Зло выдыхаю, пуская пар изо рта. К вечеру заметно похолодало, завтра надо будет одеться потеплее и в более закрытую одежду.

Подсознательно понимаю, к чему веду. Чтобы урод не обратил на меня, слившуюся с толпой первокурсниц, внимания.

— Он тебя так назвал — «Кудрявая», — подозрительно косится, ожидая реакции. — Звучало интимно, если ты понимаешь о чём я.

— Нет, не понимаю, — недовольно цокаю, всем видом показывая, что её намёки мне ни капельки не нравятся. — Кто он такой?

— Руслан Князев. Старшекурсник и звезда университета, — соседка начинает рассказ с горящими глазами, позабыв про подозрения. — Все девушки по нему сохнут, каждая уверена, что станет той самой ради него.

Руслан. Имя Индюк ему подходит намного больше.

— А он? — фыркаю, уже заранее зная, какой ответ получу. Уточняю так, ради того, чтобы убедиться в догадках.

— По классике. Развлекается с ними, потом бросает. Признаться честно, я первое время тоже на Князева с открытым ртом смотрела. Но, когда он на одной из вечеринок, знакомую с потока в туалете на колени поставил, а потом сделал вид, что вообще не знает кто она такая, мои мозги на место встали, и иллюзия развеялась, — подруга вздыхает. — Я — единица среди тех, кто всё понимает. Рус — легенда университета, этого не отнять. Вон, Кристинку же видела. Мы ей объясняли-объясняли, что он её использует и бросит, а всё без толку. Теперь ходит девка с разбитым сердцем, страдает.

— Придурок, редкостный причём, — ещё раз убеждаюсь в правильности своего решения. Не буду рассказывать подробности знакомства с этим утырком.