Переводя задумчивый взгляд за окно, понимаю, что мы находимся уже на каком-то отшибе. Темнота не позволяет понять, долго ли ещё ехать до больницы. Память подсказывает, что здание как раз таки находилось одно посредине пустого района непонятно где. Я была в таком раздрае, когда мы приехали из-за мыслей об Адалин, а уезжала, летая на крыльях счастья от новости про беременность, поэтому, сейчас при желании не смогу объяснить, где и как найти клинику. Но всё-таки есть ощущение, что это совершенно другое место.

— Подъезжаем уже? — не удержавшись спрашиваю, но в ответ тишина. Хм, может не услышал? Повторяю вопрос, однако, мужчина упорно молчит. Зашибись, глухой, что ли? — Майкл?

— Тише, — произносит с пренебрежением, я бы даже сказала рявкает на меня.

В смысле тише?!

Спокойно. Дыши, Сара, дыши. Сейчас мы доедем, и я расскажу об этом Артёму, пусть сам разбирается со своим странным заместителем. А, ещё попрошу, чтобы духу Майкла больше рядом со мной не было. Знаете, от него явно исходят волны некого пренебрежения, и я бы даже сказала ненависти в мою сторону!..

Ты просто взъелась, что именно он позвонил Артёму в машине и сказал тогда про Деллу.

Это было таким шоком, как будто кипятком ошпарили. С того момента началось предвзятое отношение. Может быть дело действительно в этом? Я зря накручиваю себя?..

Нет, я точно ощущаю это на интуитивном уровне, без слов. Слышали про шестое чувство? Именно оно и подсказывает.

Мои внутренние беседы прерываются внезапным порывом проверить сколько сейчас времени, достаю из кармана куртки смартфон. Часы показывают двадцать минут восьмого, зависнув, разглядываю установленную на заставке фотографию, где мы с Артёмом дурачимся: я закатываю глаза делая селфи, а он в это время обнимает меня локтем за шею и целует в висок. Взгляд случайно перемещается наверх дисплея, где обычно пишется название сотового оператора, сейчас вместо неё надпись «нет сети».

Странно, в прошлый раз, в клинике она работала, и я даже отвечала на сообщения Мишки. Наверное, участок дороги такой, где не ловит сигнал. Вздыхаю и убираю гаджет обратно в карман, застёгивая, чтобы ненароком не вывалился, когда буду избивать Артёма за плохое поведение.

Свет передних фар освещает стоящий коттедж, к которому поворачивает машина. Но это не клиника дяди Паши. Тут не забора, нет охраны, просто дом.

— Где мы? — сомнения закрадываются в подкорку, разливаясь внутри странным чувством тревоги.

— Приехали, — глушит мотор, рваными движениями вытаскивает ключи и выходит из салона.

Без паники. В конце концов, Майкл не говорил, где именно находится мой муж. Я же разговаривала с Артёмом по телефону, он сам лично сказал, что заместитель привезёт меня к нему. Может это убежище какое-то?

Как по щелчку пальцев, дверь с моей стороны открывается, выбираюсь ступая кроссовками на припорошённую снегом дорожку, пока консильери терпеливо ожидает.

Майкл идёт первым, я следом за ним. Морозный воздух обжигает кожу после тёплого салона. Сердце гулко стучит в груди, что аж дыхание перехватывает.

— Что это за место? Арт не говорил, что у него есть загородный дом, — скептически осматриваю здание, еле сдержавшись, чтобы не произнести: тем более такой старый и непрезентабельный.

— Раньше это было моим домом, — сообщает входя внутрь, попутно протянув руку влево щёлкает кнопку и включается тёплый жёлтый свет.

— А сейчас чей? — захожу следом. Температура внутри ровно, как и на улице. — Почему Артём в таком холоде? Где он? — нервно осматриваюсь вокруг, но кроме открывающейся гостиной сразу из коридора и лестницы никого не наблюдаю. Обстановка в доме мрачная и подсказывает, что не живут здесь как минимум лет пятнадцать уж точно, судя по старомодному интерьеру, напоминающему двухтысячные года.

— Наверху, — кивает на лестницу, снимает с себя куртку и вешает на крючок настенной металлической вешалки. Не дожидаясь Майкла первая, двигаюсь в указанную сторону. Раздеваться в таком леднике я уж точно не собираюсь. Начинаю подниматься по деревянной лестнице держась за ветхие перила, каждый шаг отдаёт тихим скрипом в досках. Второй этаж находится полностью во мраке, следующий позади мужчина подсвечивает путь фонариком на смартфоне. — Третья дверь слева, он, наверное, спит.

— Артём? — нажимаю металлическую ручку распахивая нужную дверь. В темноте не разобрать, что к чему, но, когда я, прищурившись начинаю видеть очертания пустой комнаты, затылок пронзает тупая боль от удара чем-то тяжёлым. — Ай… — всё, что удаётся вымолвить, прежде чем ноги перестают держать меня, а предательское сознание ускользает.

За несколько часов ДО…

Артём

Грёбаная боль не даёт ни на чём сосредоточиться, когда открываю глаза. Какого хера тяжело дышать? Всё вокруг плывёт. Есть ощущение, что лежу пьяный или обдолбанный.

— Что вы делаете? Не трогайте катетер, ну пожалуйста! — истерично писклявый голос бьёт по мозгам, как будто реально вчера хорошенько погудел.

— Не… визжи, — лёгкие горят от каждого вздоха, одышка как у пса.

— Доктор! Доктор! — медсестра продолжает раздражать своими визгами.