Это был пиздёж чистой воды, никуда я не ехал. И красную торжественную ленточку перерезать не собирался. Ну только если вместо ленточки была б глотка азиата, то с удовольствием.

Я наблюдал по камерам за происходящим.

Как и предполагалось, индюк с завышенной самооценкой минут через десять начал нервничать, утомился в ожидании, лапуля моя. Поэтому Салазар предложил пройти в здание и для начала осмотреться самостоятельно.

Внутри старика ожидал товар. Рисующаяся ситуация его смутила, а когда мозги начали соображать в здание вломилось маски шоу с задержанием на месте и как говорится с поличным.

Увидел, что Араи упакован и на пути в отделение, а на мобилу поступил звонок от копа руководящего ситуацией, что всё готово, я дал сигнал солдатом выезжать.

Потому что задержание японца было не главным в нашем деле.

Кольт готовится к освобождению оккупированных земель Бруклина и Статен-Айленда. План продуман лично мною до мелочей. Весь состав клана для спецоперации поделён на три условных части поимённо, не учитывая тех солдат, что патрулируют наши районы. Большая из них отправится в Бруклин, так как территория здоровая. Вторая часть выезжает в Статен- Айленд. Третья остаётся на базе, оборонять на случай чего и для подмоги. Такой поворот событий мало вероятен, но не исключён.

Помимо этого, часть солдат охраняет Сару, хоть она того не подозревает. Здание пасут снаружи и внутри. В подземке и на парковке проверяют машины, шманают всех жильцов и посетителей при входе. В общем усиление по полной. Ни одна тварь не сможет пробраться и навредить моей жене. Сама мысль о том, что Лиса дома одна, беременная, может быть беззащитной и уязвлённой сводит сума.

В этот вечер Боги Нью — Йорка улыбались мне.

Я принимал прямое участие в освобождении своих земель наряду с солдатами, подставляясь под пули и вступая в атаку с врагами.

Легко не было.

Японские ублюдки были вооружённые до зубов, но и мы не пальцем деланные. Главной задачей являлось освобождение Бруклина, бои продлились до самого утра. Жизнь каждого из клана висела на волоске, мы могли погибнуть от пули врага в любую секунду. С частью так и произошло. Ребята пали храброй смертью освобождая принадлежащее Кольту.

Говорят, что те, кто нападают, априори проиграют бой, потому что обороняющиеся защищают свою территорию. Только вот ошибочка вышла, я напал и забирал СВОЮ ТЕРРИТОРИЮ.

Погрязший в крови врагов, думал, что рассвет никогда не наступит. Свистящий звук пуль, крики и хлещущая кровь на границе районов стала моим спутником и личным адом.

Я не маньяк и не серийный убийца, чтобы наслаждаться чужой смертью. Мне не в кайф гасить чьего-то отца, сына или брата. Те, кто добровольно сдавались, остались живы, но те, что до последнего бились — оказались отправлены на тот свет. Подчищать трупы приходилось сразу же на месте. Не разбрасывать же тела вражеские направо и налево.

Прям ритуальные услуги, твою мать.

Своих раненных сразу же к дяде Паше отправляли, тот был наготове. Почивших увозили и хоронили. Семьи их нуждаться ни в чём не будут всю оставшуюся жизнь. Компенсация от фонда Кольт, поступит ко всем на счета. Такому ведению дел я давненько научился у Адама. Друг более опытен и лоялен в таких темах.

Но рассвет наступил и для меня.

Со Статен-Айлендом оказалось намного проще, поняв, что мы вернули Бруклин, местная свора практически вся сложила оружие и добровольна сдала оккупированную территорию. А учитывая то, что они остались без своего Босса, мотивации у ребятёнок поубавилась. Жить то хочется.

Силы охренеть как покидали не только моё, но и тело Майкла.

Друг, заместитель, брат.

Бок о бок мы прошли путь длинною в долгие почти пять с половиной лет и вот сейчас забрали то, что причитается нам.

— Ты счастлив, милый? — изрекаю, закидывая руку на плечо идущего рядом. — Видок у тебя братан пиздец стрёмный,

— Себя то видел? — ухмыляется, качая головой. — Думал, это всё никогда не закончится.

— Чё? Оккупация или освобождение?

Солдаты рассаживаются по тачкам. Сдавшихся пакуют по машинам. Путь держим на базу Араи раскинувшуюся, как резиденция шейха посреди пустыни.

Настроение охуительное.

Останавливаюсь, открывая водительскую дверь своей "Бэхи". Майкл обходит тачку и запрыгивает на переднее пассажирское.

— И то и другое! Думал походу уж никогда не выживем клопа с моей земли, — откидывается на сидение закрывая глаза.

— Не понял. С твоей?

Заместитель мигом напрягается, бросая на меня удивлённый взгляд.

— Я, что, с моей сказал? Бошка вообще не соображает, извини, Босс!

Делаю короткий кивок. Походу реально крыша у чувака от усталости поехала.