– А ты здесь дофига рейсов в Денвер в шесть утра видишь? – огрызается Пайпер и оглядывается в поисках Тыковки.

– Зверюжка, ты не выспалась, что ли? – Себастьян толкает ее в плечо. – Сейчас в самолете досмотришь свой сон.

Проходит десять, пятнадцать минут. Времени до вылета остается все меньше, и отсутствие Тыковки пугает. Пайпер достает телефон, вопросительно глядя на Гэри. Тот только кивает, его взгляд сейчас с той же тревогой сканирует пространство.

Тыковка отвечает на звонок спустя три гудка.

– Томас Кристофер Гибсон! – строго произносит Пайпер имя, над которым хихикала пару часов назад.

Динамик напряженно молчит. Остальные делают пару шагов в сторону от нее.

– Мам?.. – наконец виновато произносит Тыковка.

– Где ты? – готова взорваться она. – До вылета меньше часа, тебя нет.

– Иисусе, Пайпер, это ты? Никогда так не делай, я умереть могу. Уже на парковке, сейчас зайду.

Пайпер отключается. Хочется то ли спать, то ли врезать кому-нибудь. Мало того, что им приходится посреди недели сорваться в Денвер ночью, нужно еще и переживать, чтобы они нормально прошли пассажирский контроль, не опоздали и нигде не встряли. И Тыковка сейчас совсем ей не помогает.

– Тебе бы кофе, Малая, – сочувственно произносит Себастьян.

– Или «Прозак», – меланхолично добавляет Рамон.

– У нас регистрация электронная? – Гэри словно не замечает их комментарии.

– Да, – отвечает Пайпер. – Если никто не додумался взять багаж, мы сразу на контроль.

– Мы не в первый раз, не бойся, – пожимает плечами Чед. – Это нам за тебя стоит переживать.

В дверях зала появляется знакомая кудрявая голова, и Пайпер наконец выдыхает. Им остается только не перепутать гейт.

В Денвере тепло и солнечно, но все, что Пайпер успевает увидеть, – это аэропорт. Как только они выходят на парковку, их уже ждут две машины. Рамон, Чед и Себастьян залезают в первую, оставляя вторую Тыковке, Гэри и Пайпер.

Вряд ли склад находится в центре города, верно? Их везут окольными путями по какой-то трассе, пока мимо пролетают прилизанные субурбии.

– Ты оказался прав, – Тыковка поворачивается к Гэри с переднего сиденья. – Насчет того… На балконе.

– Не буду говорить, что рад, – отвечает тот. – Но, как нас и учили, дело в ценностях.

Пайпер делает вид, что ей не любопытно, и сосредоточенно смотрит в окно. О ком они говорят? Она перебирает в голове всех, о ком слышала в последнее время из отдела продукта, но на ум ничего не приходит.

– Мне странно слышать, как ты повторяешь слова Джанин.

– Это не ее слова, – мрачнеет голос Гэри. – Она просто их произносит.

Тыковка заливисто смеется, и Пайпер украдкой бросает на него взгляд. Вот кто спал весь перелет, так эти двое. Понятно, почему Гэри теперь такой свежий – стоило самолету оторваться от земли, как у него закрылись глаза и не открывались, пока они не сели.

– Джанин не права в другом, – добавляет Гэри. – Она говорит, что люди, которые не совпадают по ценностям, рано или поздно сами отвалятся.

– А ты хочешь их вычислять?

– Я хочу их не брать вообще. Но если уж попались, не ждать беды.

– Пайпер, – не унимается Тыковка, хотя в голосе Гэри уже сквозит напряженность. – А ты как думаешь?

– Никак не думаю, – отвечает она, стараясь не выдавать интерес, – я не знаю, о чем вы говорите.

– Том, не надо, – предупреждает Гэри.

– Ладно тебе, это правда забавная тема. Пайпер, давай представим, что ты руководитель. Поставим тебя на место Гэри.

– Я туда не очень хочу, – признается она.

– Почему вы оба стали такими занудными?

– Нас подняли посреди ночи, – отвечает за нее Гэри. – Как ты думаешь?

Пайпер косится на него, и страх царапается внутри: он сказал «нас». Тыковке.

– Вы не выспались, потому что вам ехать дальше, чем мне, – беззаботно отвечает тот. – И если наш драгоценный и дохера выгодный завод продолжит портачить мой продукт, нам всем проще переехать в Южную Ямайку. Во-первых, аэропорт ближе, а во‑вторых, ямайцы веселые.

Он знает. И Гэри знает, что он знает. Пайпер вопросительно поворачивается к Гэри, но тот тоскливо смотрит в окно.

Зато ее движение замечает Тыковка, которого сейчас, кажется, все веселит.

– Не напрягайся, Малая, – улыбается он. – Джанин я вас точно не сдам.

Он подмигивает ей и смеется еще сильнее.

– Я с самого начала был за вас. Что возвращает нас к разговору: представь себя на месте Гэри. Кого из твоей дирекции ты бы уволила?

– А зачем мне кого-то увольнять? – уточняет Пайпер.

– Затем, что ты можешь.

– Это не причина.

Гэри тяжело вздыхает и поворачивается к ним.

– Это не веселая игра, Том. У нас, блядь, проблемы со всей партией.

Тот мгновенно становится серьезным: Пайпер впервые видит, как на лице Тыковки проявляется жесткое и холодное выражение. Когда он открывает рот, его акцент звучит совсем иначе. Он больше похож на самого Гэри сейчас.