– Проверяю, не отбили ли мне память, – улыбается он, опускаясь к ее губам с поцелуем. – Как видишь, все в по…

Трель домофона раздается настолько неожиданно, что они оба вздрагивают. За долю секунды Джек перебирает в голове все планы на выходные: последнее воскресенье мая. Футбол. И они договорились собраться у него!

– Блядь, – выдыхает он, судорожно оглядываясь, – это кто-то из братьев.

– Серьезно? – У Флоренс округляются глаза. – У вас что, соккер?

– Да. Саутгемптон. – Грудь сдавливает, и Джек невольно хватается за кухонную стойку. – Я забыл, понимаешь? Вообще забыл. Блядь, что делать?

– Для начала дыши. Соккер – это часа два, да?

Он кивает в ответ: воздуха не хватает. Домофон звенит все оглушительнее.

– Я забираю смузи, – Флоренс спокойно переливает его в стакан, – и беру с полки книжку. Два часа я тихонько сижу в спальне, пока вы тут смотрите соккер. Потом ты находишь способ их выпроводить. Хорошо?

От того, насколько ее решение кажется логичным, Джеку становится стыдно. Запереть ее, только потому что он забыл про футбол? Звучит как начало оскаровской драмы о домашнем насилии.

– Прости, – выдавливает он, – я не хочу, чтобы…

– Все в порядке, – подмигивает Флоренс, – правда. Открой дверь.

Она быстро обнимает его, подхватывает стакан и идет к книжному шкафу. Джек, подгоняемый нескончаемой трелью, направляется к двери.

Это Гэри. Мать твою, почему именно он? Запах Флоренс по всей квартире… Он его непременно узнает и вместо футбола будет избивать Джека до полусмерти, потому что уже рекомендовал держать хер в штанах.

Нужно открыть окно, пусть немного выветрится, хотя это все равно не поможет. Убрать блендер. Проверить комнату – не осталось ли ее вещей? Блядь, ну как же все херово выглядит…

Дверь в спальню захлопывается за секунду до того, как раздается стук во входную. Шоу, сука, Бенни Хилла. Джек в последний раз окидывает комнату взглядом и открывает Гэри.

– Я там состарился на входе, – гогочет тот, протискиваясь внутрь. – А ты чего такой взмокший?

– Забыл про футбол, – признается Джек.

– Ну, бывает. А взмокший чего?

Черт, он и правда мокрый, как мышь.

– Дрочил, – бездумно врет Джек.

Зачем он это сказал? Тупее отмазки придумать невозможно.

– Не знал, что ты умеешь, – ржет Гэри и падает на диван. – Там вроде Тыковка подъезжает. Ты бы штаны надел, дрочила.

– Да. – Он задумчиво опускает глаза на свое тело в трусах. – Откроешь тогда дверь? Я пока оденусь.

– Иди-иди, – добродушно машет тот, – если ты не кончил, не торопись. Дело нужное.

– Завали ты уже.

Пока Гэри ищет пульт от телевизора, который всегда лежит на одной и той же полке, Джек скрывается в спальне. Флоренс на кровати, лицо накрыто подушкой. Сначала кажется, что она трясется от слез, но когда он аккуратно касается ее, подушка соскальзывает.

Эта засранка и правда утирает слезы, но от смеха. Джек вкладывает в свой пристальный взгляд все осуждение, на какое способен, но ее только больше выносит. Флоренс затыкает себе рот рукой, стараясь не издавать ни звука.

Он быстро натягивает футболку и находит чистые штаны. Слышно сначала один звонок, через время – второй. Все в сборе. Джек прижимает палец к губам, и Флоренс кивает, пытаясь сфокусировать взгляд на книге, но спустя секунду ее снова накрывает приступом смеха.

– Я тебя накажу, – шепчет он, наклонившись прямо к ее уху, – дождешься.

Она трясется сильнее и выпихивает его из кровати. Это настолько заразительно, что он едва сдерживается и сам.

Когда Джек, пригладив встрепанные волосы и успокоившись, выбирается обратно в гостиную, Тыковка и Леон сидят по своим местам.

– Привет, – улыбается он. – Гэри уже меня опозорил?

– В красках, – сдержанно отвечает Леон.

– Спасибо, родной, – морщится Джек. – Кому пива?

Тыковка оглядывает его и удивленно поднимает брови.

– С членом твоим понятно, – говорит он, – а с лицом что?

– Там все тело синее, – добавляет Гэри.

– Ничего особенного, – пытается Джек оборвать этот разговор.

Будто им нужно знать, как он проводит пятницы. Леон устроит разнос, Тыковка распереживается и придет поддерживать, Гэри полезет раз на раз, чтобы доказать, что не нужно драться. Джек знает все их реакции наперед.

– Дай угадаю, – светлеет Тыковка, – у нее был парень.

– Именно, – кивает он быстрее, чем стоило. Слишком уж хорошо формулировка подходит. – У нее был парень. Футбол смотрим?

– Мне кажется, – недовольно произносит Леон, – что в нашем положении стоит быть аккуратнее.

– Не начинай ты, – у Гэри словно лицо сводит, – ну подрался братишка в баре, чего мозг-то ебать, если и так тело болит?

– У нас есть сотрудники. Что они подумают?

– Что я герой, – вмешивается Джек. – Расскажу им, как спас старушку от грабителя. Гнался за ним по всему Южному Бронксу, сворачивая в переулки, а потом в меня стреляли. И что полиция меня наградит.