– Мне нельзя в лес, – замотала головой я. – У меня сапоги за тысячу фунтов, если я их убью – не прощу вас.

– О господи, – закатил глаза Рэй. – Ладно, я донесу тебя до машины. Только начни уже собираться.

Однако едва я дошла до двери, как он меня окликнул.

– Уна.

Я обернулась.

– Сапоги стоили тысячу? Я переводил две.

– Ну, милый, – вздохнула я. – Ты и на платье на Рождество три кидал, с комиссией за собственную вредность.

– На платье я тоже переводил, – заинтересовался Эрик. – Кстати, ту же сумму.

– Не переживай, на сапоги ты скидывался, – развела руками я. – И тоже с комиссией.

Рэй широко улыбнулся и неверяще покачал головой.

– Когда мы с тобой нанимали аферистку, – повернулся он к Эрику, – стоило догадаться, что ее не исправит даже могила.

Я приехала на работу настолько рано, что даже трасса А13 не успела забиться в свою бесконечную и однообразную пробку, и дорога заняла не час с лишним, как обычно, а всего двадцать минут. Время, которое кажется невозможной роскошью для Лондона.

И все же подниматься наверх я не торопилась: так и осталась сидеть в машине, перебирала сообщения в мессенджерах, подчищая лишнее, как меня вчера попросил Рэй. Вернее, просто удаляла все переписки подряд, мало ли что. Почему я не сделала это вовремя? Хороший вопрос. Можно задать его всей моей жизни.

Вчера Рэй отвез меня домой и оставил там переживать все в одиночестве. Нет, я не жалуюсь, наоборот: тишина, отсутствие рядом любого из них обоих и свежий выпуск подкаста «Остальное – история». После сумасшествия прошедшей недели это ощущалось как самое большое счастье в мире, и более того – у меня не осталось ни одной тяжелой мысли.

Бренда была в «Дилдополе», квартира полностью принадлежала мне на вечер воскресенья. И будто только это и требовалось, чтобы окончательно успокоить безумно пляшущие мысли.

Что я знала о своем будущем? Эрик и Рэй меня в нем не бросят. Хотя бы это грело душу, потому что остальное…

Глава департамента расследований в управлении по финансовому регулированию, скорее всего, открыл на меня охоту. Боже, даже звучало опасно и как-то очень серьезно для меня, девчонки из Нориджа.

Если быть совсем честной, я сильно сомневалась, что Чарльз Уотерби был настолько уж грозным и умным. Он охотился на «Рид солюшнс», я работала в «Рид солюшнс» – ему не стоило везти меня к себе домой и пытаться трахнуть. Может, он надеялся, будто в постели я выдам тайны Рэя, но мы тут все знаем, что я не из болтливых, зато из очень шумных. Конечно, его схема могла оказаться сильно сложнее, чем можно было представить… Тогда он зря меня отпустил.

В любом случае, что бы он теперь ни сделал, в мой список контактов заботливой рукой Рэя был вбит номер адвоката. А еще технику – и телефон, и макбук, который я сегодня привезла в офис, – должны были защитить от маячков и прослушек. Для этого Лулу вернули в офис, вместе с фокусами, недоступными Эрику. Кстати о нем… Вчера вечером я получила короткое сообщение, которое можно было понять как угодно, но ключевой идеей мне показалось то, что, проснувшись, он подумал обо мне.

«Рос и Гил всерьез обиделись на тебя. Приехала, нашумела и даже не погладила. Как освободишься – заезжай заглаживать вину обеими руками».

К слову, нельзя было забыть ноутбук. Я потянулась к заднему сиденью, где он лежал, и пока впустую шарила там рукой, заметила, что к машине шел Гаурав. Если этот уже подтянулся, значит, и мне пора. Приехать на час раньше и все равно опоздать было бы неоправданно глупо даже для меня.

Точно, я же закинула ноутбук в багажник!

– Привет, – помахала я, когда выбралась наружу. – Разве ты не на метро?

– Нужно поговорить, – подошел поближе Гаурав. – Мне за тебя страшно.

Я открыла багажник, достала наконец холодный ноутбук и так и застыла, осознавая его слова. Боже, он выглядел как сумасшедший: широко распахнутые безумные глаза, в которых плескалось что-то вроде истерики, сбитое набок пальто и небрежно торчащие в разные стороны волосы. Совсем не тот Гаурав, к которому я привыкла.

– Думаешь, замерзну в лифте? – Я сделала вид, что мне весело. – Не стоит, англичанам морозы не страшны.

– Что ты устроила в субботу? – перебил меня он. – Ты представляешь, как это выглядело?

– Не думала, что ты с твоим образом жизни будешь осуждать девушку за секс с первым встречным.

– Хватит прикидываться, ты же понимаешь, что у тебя проблемы? – повысил тон Гаурав, но тут же начал оглядываться, будто боялся, что нас увидят. Продолжил он гораздо тише: – Комиссар Уотерби ищет тебя, и лучше…

Он вздохнул и закусил губу, словно не решался.

– Лучше давай ты приедешь к нему со мной. Я не верю, что все сделала ты сама… это он тебя подговорил, да? Уна…

Гаурав схватил меня за руку.

– Давай ты поедешь со мной к комиссару, так будет намного лучше для тебя, поверь. Там… все выходит из-под контроля.