Я лишь смогла кивнуть, когда мы пронеслись через вершину холма, и багги на мгновение взлетел в воздух, а затем врезался в песок. Мне и парням многому предстоит научиться.

Мы обогнули кромку моря, плескаясь в пене, мои икры и лодыжки обдавало прохладной соленой водой, а затем мы попали в заросли густой морской травы. Только когда мы проезжали через камыши, я увидела другой багги. Гораздо меньше нашего, двухместный с мужчиной и женщиной, их лица прикрыты шлемами.

У меня перехватило дыхание, а сердце замерло в груди.

Это и были Хавок в двух словах: давали мне нечто красивое, обещали мне нечто злобное.

Хаэль повернул руль и направил нас прямо к ним.

Ох.

Ты же знаешь, что не получишь обратно депозит на безопасность, так ведь?

Слова Хаэля прозвучали примерно за десять секунд до удара. Я стиснула зубы, ногтями впиваясь в заднее сидение, чтобы удержаться, когда Хаэль издал радостный визг. Наш багги ударился в бок того, что, я предполагаю, было транспортом Винсентов, отправляя его кувыркаться по песку, как гимнастку. Сила удара понесла меня вперед, а затем обратно. Вик и Кэл держали руки на моем бедре, но мозг все равно продолжал стучать в черепе.

Должно быть это лишь часть того, что сейчас переживают Винсенты.

Их багги перевернулся несколько раз, а затем покатился вниз с дюн, где были мы. Я могла слышать крики пары, — даже через шлемы — словно они пытались вернуть контроль над транспортом. К сожалению для них, багги перевернулся в последний раз, и со скрежетом приземлился на спину, словно жук, а его колеса, поднятые к небу, продолжали крутиться.

Хаэль повел нас вниз по склону дюны и припарковался рядом с перевернутым багги, заглушил мотор и снял свой шлем. Его кроваво-рыжие волосы были в беспорядке, что выглядело чертовски сексуально. В идеале меня не должно заводить то, как парни сеют хаос и оставляют за собой беспорядок. Но это определенно заводит.

Я просто такая же извращенная.

— Упс, — сказал Хаэль, когда облокотился локтями на крутящиеся колеса и поставил свой подбородок поверх них. — Думаю, мы кого-то сбили.

Каллум уже смеялся в тот момент, когда Вик и Оскар вылезали из багги, сняли свои шлемы и стали осматривать повреждения.

Винсенты пытались снять ремни безопасности, но так, чтобы не упасть на голову и сломать свои гребаные шеи. Но если сломают, не велика беда.

Я соскользнула со скамейки и ступила на песок. Он быстро покрыл мои только что покрытые лаком ногти на ногах в новых шлепанцах, которые взяла из лобби отеля. Я провела языком по нижней губе и по-новому ощутила вкус своего блеска, он напоминал вишню и месть.

— Ладно, ладно, хватит вопить, — хихикнул Вик, зажигая сигарету. На мгновение я занервничала. Он курил, когда испытывал стресс. Но затем он передал сигарету мне, и я поняла, что это курение для общественной демонстрации. — Кэл, Хаэль вытащите их из багги.

Я смотрела, как мои мальчики принялись выполнять приказ своего босса. Немного нервничала по поводу мистера Винсента. Вероятно, это возможно, — не вероятно, но возможно — что он не знал о делах своей жены. В таком случае не уверена, что смогу перенести его казнь, которую Оскар устроил над Тоддом Кушнером.

Я переминалась с ноги на ногу, ощущая дискомфорт, что привлекло ко мне темный взгляд Виктора.

— Ты в порядке, женушка? — спросил он, поднимая бровь.

Я посмотрела в ответ на него и сделала затяжку. Ветер раздувал распущенные пряди вокруг моего лица, наполняя воздух сладким запахом персиков и ромашек. Я специально купила этот шампунь и кондиционер, потому что Каллум сказал, что для него я пахну персиками.

— Я в порядке, — кивнула своим подбородком на Винсентов, когда Кэл и Хаэль толкнули их на песок и им пришлось приземлиться на колени. Парни смело снимают с них шлемы, пока Корали — больше известная как Ли — рыдает и дрожит, а ее муж хмурится, глядя на нас, словно у него есть причины злиться. Эта поездка, этот багги, его одежда…вероятнее всего все оплачено деньгами от продажи маленьких девочек. — Корали, давно не виделись.

Она смотрела на меня, поджав губы и прищурив глаза, словно пыталась вспомнить, но тщетно. Я запрокинула голову назад, смех слетел с моих губ словно яд.

Она продала меня на изнасилование педофилом, и она же не помнит мое лицо? Даже Эрик помнил, а он был тем самым педофилом.

Я опустила голову, когда мистер Винсент — кто знает, как его, блять, зовут — начал бодаться и стонать.

— Вы могли убить нас! — огрызнулся, как будто бы нам было дело, если бы убили. Очевидно, он не понимает на чьей стороне сила в данный момент. — Я вызываю полицию.

Когда он потянулся за своим телефоном, Хаэль схватил его руку и сломал ее.