— Если уж на то пошло, прости меня, — сказала она, и я почувствовал, что эта горячая боль, пылающая глубоко в моей груди, немного остыла.

Ее красивые губы, произносящие эти слова…это слишком. Я не мог не протянуть руку и обхватить ее лицо, приближая свой рот к ее. Первый поцелуй был почти…сладким? Даже не знал, что я способен на такое. Но это все равно, что прижимать пламя к сухому хворосту. Спустя всего лишь несколько касаний ее губ мы с таким же успехом могли облить наши рты бензином и поджечь их.

— Восемь минут, — пробормотала она у моих губ, а затем я потянул ее к себе на колени, подначивая ее потереться этой горячей киской об мою эрекцию. Розовая кожа ее штанов-сигареток прогнулась под твердым давлением моих пальцев, когда я поцеловал ее челюсть, направляясь к уху, наслаждаясь сладостью ее бледной кожи. — Позволь я заглажу перед тобой вину.

Татуированные руки Берни опустились на мои пуговицу и молнию, расстегивая штаны уверенными, твердыми движениями. Я наблюдал, как она слегка раскрыла губки, внутри меня зарычал голод. Сколько раз я представлял эту девушку, когда был с кем-то другим? В основном каждый гребанныйраз.

Одержимость.

Мы хорошо владеем ею и демонстрируем в Хавок, не так ли?

— Воу, воу, воу, — сказал я, останавливая ее руки, пока у нее появилась возможность освободить мой член из узких джинсов. — Если ты планируешь отсосать мне, мисс Блэкберд, тогда я бы хотел напомнить тебе, что ты уже должна, мне один минет. Сначала я заставлю тебя кончить, когда мы трахались на дороге, так что едва ли это что-то загладит. Это мое с самого начала, — я схватил ее волосы в кулак, а затем в поцелуе проглотил резкий вздох, который вырвался из ее горла.

Здесь была еще одна машина — классический Форд F100, думаю 1995 года, с парочкой, раскинувшейся на кузове пикапа. Их стоны создавали чувственную фоновую песню сладким бормотаниям, слетавшим с розовых губ Бернадетт. Их цвет соответствовал ее штанам, и по меня охватила горячая дрожь, когда я представил его размазанным по моему лицу и шее.

Солнце очень быстро исчезло за горизонтом, и ночь раскинула свою простыню из звезд, которые лишь слегка были затемнены огнями города. В конце концов, Спрингфилд не настолько большой город. Достаточно большой, чтобы удержать его. Достаточно большой, чтобы править.

Я нажал на кнопку, чтобы откинуть верх, хорошо, что я добавил эту деталь. Никто не хочет убирать эту чертову штуку в ручную. Убивает настрой. Нас обдал прохладный воздух, но это не важно: в наших телах достаточно тепла, чтобы компенсировать.

— Тогда, полагаю, я выполню свою часть спора своим ртом и исправлю свои ошибки с Виктором, используя эту маленькую, узкую киску, — Бернадетт потерлась об меня, а потом взяла телефон и еще раз проверила таймер. — Тринадцать минут, — пробормотала она, а затем включила Warrant — «Cherrie Pie».

— Серьезно? — спросил я, но не смог сдержать вырвавшийся смех, когда Бернадетт отбросила волосы вместе с музыкой. — Классически стриптиз-рок? Ты — моя стриптизерша, малышка?

— Тащи свою задницу на задание сиденье, — сказала она, слезая с моих колен, когда я застонал из-за потери ее жара.

Я увеличил звук на полную, радуясь, что немного добавил в стереосистему Эльдорадо. На эту чертову штуку ушла четверть моих сбережений, но какой смысл ездить на такой красивой машине, если у тебя нет подходящего саундтрека к ней?

Я прыгнул назад, выпрямляя ноги вдоль сидений, когда Берни подползла и оседлала меня. Ее красивые, маленькие ручки освободили мой пульсирующий член, дразня предэякулят, который стекал с кончика, когда она подняла свои зеленые глаза к моим. Заправив немного этих шикарных волос за ухо, она наклонилась, задница, обхваченная кожей, была приподнята наверх, кода она провела языком по головке.

Ее рот занимался страстной любовной интрижкой с моим членом, пока мои пальцы массировали ее череп, подбадривая ее брать меня настолько глубоко, насколько она могла. Скользкое ощущение ее языка заставляла мои яйца сжаться, и мне пришлось прикусить нижнюю губу, чтобы не выплеснуть себя рано.

Я буду наслаждаться этим гребанным моментом.

Звук шин по гравию предшествовал машине полиции, заехавшей на парковку, и я быстренько посмотрел на экран телефона, прежде чем швырнуть его на переднее сидение.

— Семнадцать минут, — простонал я, когда песня сменилась на My Darkest Days anf Zakk Wylde — «Porn Star Dancing».

Полицейские держали дистанцию, припарковавшись в самом отдаленном месте от нас, но с откинутым верхом и приподнятой задницей Берни, не могло быть никаких сомнений, чем мы тут занимались.

И, как будто, мне было бы не поебать.