Вик обыденно нажал на кнопку «стоп». Пока VGTF подкрадывается к школе, осуществляя тщательно спланированный рейд, никто не подумает проверить нас здесь. У нас было, как минимум, несколько минут. А этот лифт не был гребанной темной зоной.

— Я ничего ей не говорила, — промурлыкала она в ответ, ее нежный голос был полон самодовольного превосходства.

Что бы она ни сделала, что бы ни сказала, она думала, что получила определенного рода преимущества над нами.

Я ударила ее в спину, стараясь не оставить следов. Кровь в любом случае размазалась по моим костяшкам, когда я отошла и спросила снова.

— Что. Ты. Сказала?

Это будет последний раз, когда я спрашиваю.

Тринити ухмыльнулась мне, но ничего не сказала, испытывая мое терпение. Но когда на кону стола жизнь Хизер, я не могла сдерживаться. Не было никаких сомнений. Никаких переживаний, что нас могли поймать.

Я отступила назад и изо всех сил ударила Тринити в живот кулаком, заставляя ее захрипеть и задыхаться, когда она сложилась вдвое. Встряхнув рукой, я была готова сделать это снова. Я не оставлю следов, но это точно будет чертовски больно.

Когда Тринити, наконец, выпрямилась, тяжело дыша, но все еще с тем же блеском превосходства в глазах, я ударила ее во второй раз и схватила за шею сзади, пока Вик наблюдал, позволяя мне вести взаимодействие. Я чувствовала его богоподобный контроль, как он прошелся по мне, когда я увлажнила губы.

— Ты совершила огромную ошибку, — выдохнула я, выпрямившись и доставая красную веревку, которую Оскар положил в мой карман этим утром.

Она предназначалась для веселья, но…разве он не говорил что-то про ситуацию, требующую выживания?

— Какого хрена ты делаешь? — задыхалась Тринити, когда Виктор сделал шаг вперед, чтобы помочь мне, удерживая Тринити на месте, расправляя для меня ее конечности, чтобы я могла привязать ее так, как показывал Оскар.

Мои узлы и близко не были настолько красивы как его, и, вероятно, их будет сложно распутать, но мне все равно, если Тринити будет некомфортно, или если она пострадает, или если будет больно.

Ситуация выживания, помните?

Как только Тринити оказалась на полу в позе «хогги», широко расставив ноги, ее выпускное платье было задрано на бедрах, а трусики видны, я украла у нее из кармана телефон.

— Какой пароль? — спросила я, опустившись на колени рядом с ней. Она покачала головой в ответ, но я все равно провела по ее экрану, по мне прошелся головокружительный, садистский порыв, когда я увидела разблокировку по лицу в качестве варианта. С помощью Вика, я подставила телефон к ее лицу, пока она извивалась до тех пор пока…бинго. Его было так легко разблокировать. — Расскажи, что ты сказала Офелии или я напишу твоему отцу правду про Максвелла Баррассо. Вне зависимости от того, что ты скажешь ему после, в его голове навсегда поселится это семя.

— Ладно, хорошо! — огрызнулась Тринити, наконец, сбавив обороты, пока она боролась с узлами. — Развяжите меня, и я расскажу.

— Говори сейчас или я напишу Самюэлю, — продолжила я, большой палец уже был готов напечатать простое сообщение.

Ты не мой настоящий отец. Им является Максвелл Баррассо.

Я показала это сообщение Тринити, но, казалось, оно совсем не пошатнуло ее уверенность. Она лишь стиснула зубы и отвернула взгляд. Она не верила, что я выдам эту информацию. Она думала, что я настолько беспокоилась о наследстве или о сделке с Офелией, как о своей сестре.

Я добавила еще предложений.

Я занималась сексом со своим кровным братом Джеймсом Баррассо. Учитель поймал нас вместе в одной из комнат в домике.

На этот раз, когда я показала ей, она, наконец, поняла, насколько чертовски серьезно я была настроена. Конечно, была вероятность, что она будет ныть Самюэлю и заставит его поверить, что я украла ее телефон и связала ее, только чтобы сфабриковать эту ложь, но… суровый взгляд страха на лице Тринити сказал мне, что ее богатенький папочка придерживается другого мнения.

— Все, что я сделала, — это призналась Офелии, что аннуляция и брак были ложью. Вот и все.

Я схватила ее за волосы и сильно потянула, что в уголках глаз этой суки поступили слезы.

— Что. Еще, — я не сформулировала это в качестве вопроса, это был приказ.

Потому что я знала, что было больше. Быстрый взгляд на Виктора подтвердил мои подозрения. Он слегка кивнул, и я повернулась к Тринити, еще раз грубо потянув ее за волосы. Она хныкала и сопела, а потом ответила, ее достоинство было полностью уничтожено.

— Она спрашивала про маленькую девочку, показала мне фотографию. Я подтвердила, что видела эту девочку раньше. Однажды я подумала, что увидела, как ты пялилась на нее через ограждение.